Формируя наше молитвенное чувство, в богослужении чередуются разные формы молитвословий, которые охватывают всю гамму наших переживаний. Это славословия, благодарения, покаянные пения, и просьбы. Только возблагодарив Бога «за явленные и не явленные благодеяния, бывшие на нас»[108], человек может просить Его о прощении. Только принеся Богу искреннее покаяние, мы можем обращать к Нему свои просьбы. И живое ощущение правды этих слов приходит через опыт церковных молитвословий. Но не только это составляет цель богослужения. В ходе богослужения к нам обращаются поучения из Ветхого и Нового Заветов, важные смыслы которых мы призваны уяснить.

Вот описывается, как согрешили Адам и Ева. Книга «Бытие». Архаичный текст. В простом и незамысловатом сюжете заключены глубокие психологические, всегда актуальные, присущие и нам духовные составляющие.

Люди нарушили заповедь. Являя долготерпение призывом к покаянию, Бог начинает диалог с Адамом: «И воззвал Господь Бог к Адаму, и сказал ему: где ты? Адам сказал: голос Твой я услышал в раю и убоялся, потому что я наг, и скрылся» (Бытие 3:9–11).

Для согрешившего Адама, Бог стал ходящим где-то в раю, Чей голос он ещё слышит, но уже не в сердце, а вне. Где-то там. Вся совокупность православной жизни направлена к единственной цели — вернуть человека к возможности снова слышать в собственном сердце голос Владыки. Христос неслучайно ублажает чистых сердцем, ибо они не только увидят, но и услышат своего Бога.[109]Сердце же Адама опустело самым бедственным образом.

Возможно ли скрыться от Бога? Не признак ли это душевной болезни думать, что Бога где-то может не быть? Эту Адамову болезнь носим и мы, когда совершаемое наедине, считаем никому неизвестным. Совершаемое в тишине прогремит на весь мир, говорил Спаситель, ибо от Бога ничего не сокрыть. Отсюда требование христианской жизни — быть одним и тем же везде: в храме, дома, с друзьями, наедине.

Адам признал себя голым и устыдился. А ведь ещё недавно он не знал стыда, не знал наготы, потому как чистому всё чисто. Чистоте детской души непонятен стыд, но возрастание тела взращивает и первородный грех. Стыд есть ощущение чужого взгляда, и для Адама Бог стал чужим, чужой Адаму стала и его жена Ева.

Всё это, трудное для понимания современного человека, нетрудным было для понимания Бога. Хотящий не смерти грешника, а покаяния от него, Бог призывает к покаянию Адама. «Не ел ли ты от древа, с которого Я запретил тебе есть?» (Быт.3:11). Господь здесь почти прямо говорит, что Он знает о том, что сделал Адам. Тут бы Адаму покаяться! Но грех, мутным потоком ворвавшийся в человеческое сердце, слово «прости» уже не любит. Он будет изворачиваться, искать виновных, оправдываться и упорствовать.

«Виноваты все, но не я». Вести себя по-другому согрешивший человек уже не способен. «Жена, которую Ты мне дал, она дала мне от дерева, и я ел» (Быт.3:12). Тем же путем пошла и Ева: «И сказал Господь Бог жене: что ты это сделала? Жена сказала: змей обольстил меня, и я ела» (Быт. 3:13).

«Не я», «меня заставили», «меня обманули», «я не при чём» — всё это знакомо нам с самого детства. Прежде «прости», мы переберём всё вышеприведённое. И эта адамова болезнь должна быть уврачевана. При всех видимых причинах наших поступков в глубине их лежит наше сознательное решение — именно так поступить.

В богослужении Великого поста с особым оттенком поются стихи 140-го псалма: «Не уклони сердце мое в словеса лукавствия, непщевати вины о гресех…» (Пс. 140:4). Человек просит Бога, не дать ему уклониться в лукавые слова оправдания в грехе. Любое оправдание в грехе есть лукавство. И когда мы находим подходящие для оправдания слова, мы говорим то же самое, что и Адам. «Жена, которую Ты мне дал, ела, и мне дала», и как Ева «змей искусил меня». А скажи они вовремя «Господи, согрешили, прости», возможно, всего этого трагичного «зигзага истории» и не было бы.

Но падший человек сказать «прости» уже не может. Слишком оно болезненно бьёт по бесовской гордыне, нас охватившей. И много требуется усилий, дабы привить это полезнейшее человеку и угодное Богу качество сердца «непщевати вины о гресех».

Когда искренно входим в ощущении этих слов, приобретается способность к покаянию. Подлинное покаяние являет себя в терпеливом, кротком и смиренном принятии всего того, что происходит в жизни скорбного, трудного, болезненного. Участие в богослужениях — великий этому помощник. С праздником!

Литургия (22.03.2024)