Двадцать пять лет назад, на одной из секций Рождественских чтений в Москве, выступала женщина-докладчик, которая своё выступление предварила примерно так: «Я перефразирую слова Эйнштейна и скажу, что наука без религии ущербна, а религия без науки мертва». Дальше был её доклад. В зале сидели маститые священнослужители, и никто из них почему-то не обратил внимания на такое вызывающее начало её выступления. Когда она закончила, я попросил слово и сказал, что не согласен с её тезисом. То, что наука без религии ущербна, абсолютно верно, ибо, не учитывая Библейское откровение, она обречена, гадать и фантазировать на темы истока бытия, главных механизмов его развития и тайны человека. Но говорить, что религия без науки мертва, значит совершенно не понимать суть религиозного миропонимания.

Наукой мы называем совокупность различных дисциплин, общая направленность которых не выходит за рамки изучения этого тварного мира. Ни о Боге, ни о смысле жизни, ни об аде и рае ни одна из наук не задумывается, хотя эти вопросы являются важным элементом мировоззрения человека.

Чем незнание математики может помешать в приобретении религиозного опыта и опыта познания Бога? Или кто-то думает, что познать Бога можно, только разложив Его на элементы таблицы Менделеева? Ни точные науки, ни естествознание, ни гуманитарные науки не помогают в процессе Богопознания, в то время как помехой стать вполне могут. Религия, а я имею в виду только православное христианство, была живой и полноценной до возникновения научного знания и останется таковой впредь, при любой форме развития науки.

Сославшись на то, что здесь не место для дискуссий, и каждый может иметь собственное мнение, она закончила доклад и ушла в зал.

Конфликта между религией и наукой нет. Он искусственно кем-то раздувается. Но, несомненно то, что современное научное знание, оторванное от религиозных основ, разрушает не только человеческую нравственность, но искажает и само восприятие человека, трактуя его как пучок чувственных импульсов. Западная социология, например, преподаваемая в российских вузах, воспринимает человека как пустую и голую реальность, моделировать которую можно в разных вариантах, причём каждый из которых вполне возможен, так как если Бога нет, нормы не существует. Человек по их представлениям — стопроцентный плод социума, и он будет видеть мир так, как ему его представят манипуляторы постмодернистской парадигмы. Даже пол рассматривается сквозь призму гендера, ибо, как считает социология, это всего лишь потенция, которую человеку можно сформировать независимо от его физиологических признаков.

Они в целом докопались до важных глубин, ибо и христианство говорит о тайне человеческой свободы, при которой его биологическая составляющая не довлеет над человеком, хотя и связана с ним. У животных физиологические признаки детерминируют их развитие: щенок мужского пола вырастет самцом, как его не дрессируй, и щенок женского пола будет самкой. Инстинкты и чувства у животных полностью определяют их поведение и существование.

Человек в своей Богоподобной глубине внебиологичен, но лишь потому, что он получил от Бога дар свободы, а не потому, что он пуст. Для социологов постмодерна внебиологичность человека — повод для преступных манипуляций, уже сегодня пугающих и отталкивающих нас от западной цивилизации. Для нас внебиологичность человека является признаком его причастности к Божественной тайне и то, что он, хотя и часть этого мира, тем не менее, причастник мира духовного, он — образ Божий, и его бытие, хотя и реально, но только к физиологии не сводимо.

Бог существует. Он создал человека, и норма человечности при всех возможных вариантах может быть только одной. Это не человек-Маугли, это не человек-трансгендер, это даже не человек модерна и гуманизма, ибо неверие в Бога — это ущербность и неполноценность. Подлинный человек — это открытый в Евангелии Иисус из Назарета. Он есть НОРМА и ОБРАЗЕЦ, ориентируясь на Которого, и входя в общение с Которым через Его Церковь, мы только и можем «родить в себе человека». Только в религиозном опыте православия возможна реализация подлинной человечности, и только отталкиваясь от Образа Иисуса Христа, мы можем оценивать тот или иной тип человека, насколько он человечен. Рай — для людей, ад — для уродливых «самоделов» и тех, кто создает социологические доктрины для признания уродства нормой.

Подтверждение этой точки зрения, как ни странно, можно найти у швейцарского ученого Юнга. Карл Густав Юнг — знаменитый психиатр, психолог и педагог. Он был нерелигиозным человеком, но в своей книге «Современный человек в поисках души» признается, что «среди сотен его пациентов, которые находились во второй половине жизни, то есть старше тридцати пяти лет, не было ни одного, чья проблема в конечном итоге не заключалась бы в поиске религиозного взгляда на жизнь. Можно с уверенностью говорить, что каждый из них заболел, потому что утратил то, что живые религии в каждой эпохе давали своим последователям. И никто из них не был по-настоящему исцелен, если не восстанавливал своё религиозное мировоззрение».

Разрушение веры в Бога влечёт дезориентацию в нравственной сфере. Животное начало в человеке начинает довлеть над духовным, приятное — превалировать над правильным, которое, в свою очередь, становится абстрактным. Каждый начинает моделировать «правильность» под себя, ибо: «если Бога нет, то всё можно».

Всё это не может не отражаться на психическом здоровье человека, и расстройства психики становятся бичом современности. Это путь в никуда, человеческая цивилизация при таком подходе становится нежизнеспособной. Христианство это предвидело и открыло нам в священных текстах. Конец истории связан не с законами физической энтропии, но с энтропией религиозной и нравственной, чему во многом способствует развитие научного знания. Отвергнув призыв Христов уподобиться Богу через религиозный опыт, человечество раскрепостит в себе животное начало и превратится в «человейник», что лишит историю смысла.

И нам ещё говорят, что «религия без науки мертва». Какое жалкое и страшное заблуждение. Но, к сожалению, как писал святитель Игнатий Брянчанинов в своём труде «Отечник»: «Отступление попущено Богом: не покусись остановить его немощною рукою твоею. Устранись, охранись от него сам: и этого с тебя достаточно». «Спасаяй да спасет свою душу» (Быт.19:17), — сказано остатку христиан Духом Божиим. С праздником, храни всех Господь!

Литургия (14.07.2024)