Братья и сестры, для православных христиан Слово Божие, Евангелие — это аксиома, через призму которой мы оцениваем окружающую нас жизнь. Когда мы отступаем от евангельских и библейских истин, теряется критерий для определения добра и зла. В обществе, где отвергаются евангельские нормы, неизбежно возвращаются и легализуются дохристианские пороки. «О грехе своем они рассказывают открыто» (Ис.3:9), проводят шествия и парады те, кто возжелал послужить пороку.

Мы возмущаемся, а почему? Потому что пока еще мы — христиане. Потому что в Писании нам определены добро и зло, и мерзость мы считаем мерзостью. Но если мы отвергнем Евангелие, нас законно спросят о том, на основании чего мы решили слово «мерзость» использовать при оценке других форм поведения.

Где-то в двухтысячных годах на одном из религиозных форумов я вёл полемику с представителем какой-то экзотической восточной мистики. Мой собеседник захотел встретиться со мной лицом к лицу. Приехал, не поленился. Несколько дней жил в Элисте, и мы практически ежедневно встречались и общались. Тем обсуждений было предостаточно. В какой-то момент вскрылась его нетрадиционная ориентация. Его это ни капли не смутило: «Что-то я нарушаю? Какой-то закон? В Бога в вашем смысле я не верю, Библия мне не авторитет. У нас представления о любви свои».

Обсуждая с ним эту тему, долго я не мог нащупать слабое место в его понимании этого вопроса. Вдруг спрашиваю его о том, смог бы он за «партнера»жизнь при необходимости отдать? Он ответил, не раздумывая: «Конечно, нет, что я сумасшедший что ли».

Очень правильный ответ. Другой ответ здесь невозможен в принципе. Какой глупец жизнь отдаст за колбасу или за вкусное пирожное? В таких отношениях любви нет. Есть взаимное «обжорство», продолжающееся, пока щекочут чувства. Как только стало чуть преснее, начинается поиск нового, где всё вкуснее. Такое бывает и в обычных отношениях мужчин и женщин. Тем не менее, семья, как ценность выше жизни, способна зародиться только в традиционных отношениях. В однополых отношениях это невозможно. Поэтому и слово «любовь» сюда не приложимо. Разврат, блуд — не знаю, что ещё можно сказать, но не любовь. Жертвенности, как главного качества любви, в однополых отношениях быть не может. Жизнь можно отдать только за то, что выше жизни. Семейные отношения относятся именно к этой категории. Семья, жена, дети, родственники, народ, отечество, вера, Церковь — это ценности, которым можно посвятить жизнь. Но всё это имеет смысл, если есть Бог. Без Бога кто определяет норму?

Римский военачальник обращается к Христу с просьбой исцелить его слугу. При этом он сказал: «Сотник же, отвечая, сказал: Господи! Я недостоин, чтобы Ты вошёл под кров мой, но скажи только слово, и выздоровеет слуга мой» (Мф.8:8). Услышав это, Спаситель удивился и сказал, что во всём Израиле Он не встретил такой веры. Для нас это урок. Единственное на земле, достойное удивления, — это присутствие у человека живой, неповреждённой веры в истинного Бога. Подделок много, но настоящую, живую и действующую веру ещё надо поискать. «…Сын Человеческий, придя, найдёт ли веру на земле?» (Лк.18:8), говорится о будущем в Евангелии.

Христос совершал много чудес. Для Бога нет препятствий для их совершения. Чего-либо невозможного для Бога не существует. Но есть одно препятствие — это человек. Не случайно софисты[42]оттачивали своё мастерство красноречия, придумывая вопросы, на которые невозможно найти ответа в рамках формальной логики. Например, может ли Бог создать камень, который Он сам не сможет поднять? Если Господь этот камень создаст, значит, Он его не поднимет, а это означает, что Он не всемогущ. Если поднимет, значит, Он не создал такой камень. Получается, решения нет, но это для них, философов. Бог не вмещается в законы логики. Христиане давно ответили на этот вопрос. Августин считал, что «Бог всё, что захочет, сможет, но не всё, что может, Он захочет».

Бог сможет сделать так, что у человека вместо носа будет хобот, но зачем Богу этого хотеть? Он не всемогущая нелепость. Его хотения бытийственны и приводятся в существование. Он избирателен в своих желаниях. Только сумасшедший человек может делать всё, что захочет и может. Бог разумен. Это одно. Другое: Бог восхотел, чтобы в бытии существовало свободное существо, как Он, хотя и от Него зависящее. Существо, способное понимать любовь и свободно отвечать на неё благодарением.

Создав нас и даровав нам свободу, Бог вольно потеснил Свое Всесилие. Человек способен так закрыться от Своего Владыки, что чудо Божие в рамках земной истории перестанет действовать. В Назарете, где Христос вырос, Он встретил крайнюю форму неверия, и евангелист говорит: Господь «и не совершил там многих чудес по неверию их» (Мф.13:58). Неверие закрыло двери чудесам.

И противоположный случай. Когда страдающая болезнью женщина прикоснулась к теснимому толпой Спасителю, Христос сказал: «…прикоснулся ко Мне некто, ибо Я чувствовал силу, исшедшую из Меня» (Лк.8:46). И, когда всё выяснилось, Он сказал той женщине: «…дерзай, дщерь! вера твоя спасла тебя; иди с миром» (Лк.8:48).

Читая о чудесах Спасителя, мы видим, как по-разному они совершаются. В ответ на просьбу об исцелении больного сына Господь сказал отцу: «Пойди, сын твой здоров» (Ин.4:50). Иногда, чтобы исцелить, надо было наложить грязь на глаза и отослать умыться: «Сказав это, Он плюнул на землю, сделал брение из плюновения и помазал брением глаза слепому, и сказал ему: пойди, умойся в купальне Силоам» (Ин.9:6–7). Слепой умылся и прозрел. Другого слепца пришлось выводить вон из селения, возлагать руки и плевать в глаза: «Он, взяв слепого за руку, вывел его вон из селения и, плюнув ему на глаза, возложил на него руки и спросил его: видит ли что? Он, взглянув, сказал: вижу проходящих людей, как деревья. Потом опять возложил руки на глаза ему и велел ему взглянуть. И он исцелел и стал видеть всё ясно» (Мк.8:23–25).

Зачем столько посредников при совершении чудес? Наша вера или неверие влияет на форму вхождения Бога в нашу жизнь. Неверие способно закрыть от нас Бога, перекрыв Небесный воздух. Господь не напрасно спрашивал тех, кому оказывал помощь: «Веришь ли сему?» (Ин.11:26). Некоторые просили помочь их маловерию.

Одним из признаков конца истории, который является и причиной, названо предельное оскудение веры. Мир станет таким, что никакое Божие воздействие на него уже не будет возможным. Человек закроется в своём неверии, легализует все пороки, зло примет предельные для него формы, и мир этого не выдержит.

Вера в человеке, как любая наша способность, может развиваться и может атрофироваться. Когда мы читаем Священное Писание, вникаем, молимся, ходим в храм, вера крепнет, наполняется внутренней силой и разрастается в опытное знание Бога. Но если этого не делать, а жить только земною суетой, вера слабеет и утрачивается. За примерами ходить далеко не надо.

На каждом Богослужении мы молимся, чтобы Господь приложил нам веры, умудрил в доверии, укрепил в исполнении дел правды и не оставлял. Как, впрочем, Он никого не оставляет, если мы сами не отпадаем. «Держава Господь боящихся Его, милость свою явит им» (Пс.24:14). С праздником!

Литургия (15.10.2023)