8.1. Мир состоит из видимых вещей, но тем не менее из вещей, которые можно исследовать. И человек, состоящий из всей вселенной вещей, в некотором роде создан как другой мир в миниатюре.

8.2. План мира следует рассматривать по аналогии с человеком. Ибо так же, как человек проходит к своему концу (смерти) через порядок возрастов, так и мир проходит в то время, как он длится, потому что человечество и мир растут, а с течением времени оба умаляются.

8.3. Напрасно говорят, что у Бога, просуществовавшего столько веков не создавая, возникла новая мысль создать мир, тогда как, напротив, построение этого мира оставалось в Его вечном замысле. И не время существовало до начала мира, а была вечность. Воистину время началось с рождения творения; творение не начиналось со времени.

8.4. Некоторые спрашивают: «Что делал Бог до того, как сотворил небеса? И возникла ли у Бога новая воля, посредством которой Он сотворил мир?» Но новое намерение в Боге не возникло, потому что даже если мир не существовал в реальности, тем не менее он всегда был в вечном порядке и замысле.

8.5. Другие говорят, что Бог внезапно пожелал сотворить мир, и раньше этого не было, думая, что изменилась воля Божия, которая вдруг пожелала того, чего прежде не желала. Им на это должно ответить: «Воля Божья – это Сам Бог, потому что Он не одно и Его воля не другое, а скорее для Него хотеть есть то же самое, что он есть, и это должно быть поистине вечным и неизменным» (Августин. Исповедь.11.10.12). Поэтому такова Его воля.

8.6. Материя, из которой образовался мир, предшествовала вещам, созданным из нее по происхождению, а не во времени, в том же смысле, как звук предшествует песне. Ибо звук предшествует песне, потому что приятность песни относится к звуку голоса; звук же не относится к приятности. И из-за этого оба существуют одновременно, хотя приоритетом является то, к чему относится песня, то есть звук.

8.7. Материя, из которой созданы небо и земля, поэтому и называется бесформенной (ср. Быт. 1:2), потому что то, что было, образовавшееся из нее еще не сформировалось. Воистину, сама материя была создана из ничего.

8.8. Одно дело - что-то можно сделать; другое - что-то надо сделать. Необходимо, чтобы все было создано, когда Бог создал и включил эту необходимость в Свою природу; не так, что, возможно, что-то получится, но, когда не было пути, данного их природе, Творец замыслил вещи, чтобы делать их, когда пожелает.

8.9. Из этого не следует думать, что тьма имеет сущность, потому что Господь сказал через пророка: «Я Господь….Я образую свет и творю тьму» (Ис. 45:6–7). Так ангельская природа, которая не согрешила, называется светом, и, наоборот, та, что согрешила, известна под именем тьмы. Следовательно, вначале свет был отделен от тьмы (Быт. 1:4). Но поскольку Бог создал их обоих, о сказано, что Он формирует свет и творит тьму; тем не менее Он не только создает добрых ангелов, но и формирует их; и Он только творит злых ангелов, и не формирует их. И это так же надо понимать о хороших и плохих людях.

8.10. После того как было перечислено сотворение неба и земли, то в Бытии, Святой Дух назван по имени, так что, поскольку правильно было сказать, что Он .«охватил» все, о Нем говорится прежде, чем будут названы все эти вещи, над которыми «пронесся» Творец Святой Дух (Быт. 1:2). Апостол раскрывает это, когда демонстрирует непревзойденный путь любви (Еф. 3:19).

8.11. Поэтому сказано, что Святой Дух «пронес» воды (Быт. 1:2), потому что Он есть дар Божий, в Котором мы, как существующие существа, покоимся, и, защищая нас, Он витает над нами.

8.12. Каждая природа стремится к своему месту под действием собственной тяжести. Так огонь и масло всегда справедливо стремится к более высоким местам, и так посредством символа в образе того и другого показано, что Святой Дух проносится над всем творением.

8.13. Ангелы были созданы в [первый] день. Это должно подразумеваться потому, что из-за единства дня и ангелов день не называется «первый», а скорее «один» (ср. Быт. 1:5). И в связи с этим в этот день всегда повторяется в исполнении Творения. Этот день, то есть природа ангелов, когда Он созерцал само творение, каким-то образом был ближе к вечеру (ср. Быт. 1:5, 8 и т. д.). Но, однако, не оставаясь лишь в созерцании Его творения, но воздавая хвалу Богу и взглянув на Его добрый замысел, они сразу стали утром. Но поистине, если бы все продолжалось, игнорируя лицо Творца в творении, стал бы не просто вечер, а действительно ночь.

8.14. Поскольку творение лучше осознало себя в Боге, чем в себе, то его познание самого себя, которое больше в Боге, называется днем ​​и светом. Но это знание самого себя в себе, по сравнению с Его знанием самого себя, которое есть в Боге, настолько низшее, что называется вечером. Поэтому после вечер стал утром, потому что, поскольку творение поняло, что его познание самого себя не удовлетворяло его, чтобы оно могло познать себя полнее, творение отсылало себя к самому Богу, в Котором, когда оно познало себя лучше, настал день.

8.15. Не так, как мы мимоходом говорим: «Пусть что-то произойдет» сказал ли Бог в начале: «Да будут небеса» (Быт. 1:3). И это было сказано вечно в самом Слове. Если бы «да будет» сказал Бог временным образом, тогда это было бы так же, как если бы Его голос произошел от какого-то существа. А потому, что прежде чем «да будет» было сказано, еще никакого существа не существовало, то «да будет», сказанное в вечности Слова, не было произнесено в звуке голоса. .

8.16. Не семь раз творение было увидено Богом и семь раз восхвалено, так как прежде ничего не было, то все было прекрасно видно Ему; но когда мы восхваляем вещи, видя их одну за другой, [творение было восхвалено семь раз], как будто Он видит и восхваляет вещи через нас, как это сказано: «Ибо не ты говоришь, но Дух Отца твоего говорит в вас» (Мф 10:20). Поэтому как Он говорит через нас, так и Он видит и хвалит через нас, а в Себе видит вечно и неизменно, тогда как через нас Он видит во времени.

8.17. Учтите, что вначале творение в универсальном смысле называется очень хорошим, но каждая вещь по отдельности только хорошей (ср. Быт. 1:31; 1:4, 10, 12, 21), так же, как и члены тела, когда каждый из них хорош, тем не менее, приносят большее благо, когда все отдельные части составляют тело очень хорошее.

8.18. Элегантность всех элементов заключается в красоте и уместности. Но красота – это то, что прекрасно само по себе, как и человеческое существо, состоящее из души и всех ее членов. С другой стороны, уместность относится к тому, что является другим, например к одежде и еде. Поэтому говорят, что человек прекрасен сам по себе, потому что человек не нужен одежде или еде, а скорее эти вещи необходимы для человека. Однако эти вещи уместны, потому что, в отличие от человека, который прекрасен сам по себе, они не уместны сами по себе или для себя, а скорее для чего-то другого; то есть они приспособлены к человеку, они не нужны сами по себе. Это также необходимо сказать о природе остальных элементов.

8.19. Все эти вещи, которые есть и были созданы, чрезвычайно замечательны, но они теряются при привычном использовании. Следовательно, всегда исследуй их как божественные дела, чтобы всегда найти их неизмеримыми.

9.6. Бог сотворил все чрезвычайно хорошо. Поэтому нет ничего злого по природе, даже когда в сотворенных существах есть вещи, кажущиеся достойными наказания. Если ими правильно пользоваться, они все хороши и выгодны; при неправильном использовании они вредны. Таким образом, творение должно быть оценено как плохое из-за того, что мы его неправильно используем, а не из-за того, что оно само по себе не есть хорошее по природе.