Пост Четыредесятницы, как основанный на строжайших правилах, чем прочие посты, древние отцы уважали так, что не положили в продолжение ее святейшего таинства литургии; они опасались, чтобы во дни Четыредесятницы не помешало это как–нибудь посту. Ибо так как дни Четыредесятницы установлены и посвящены не торжеству, но сетованию и очищению наших грехов, тогда как священнодействие совершенной литургии сопровождается веселием и радостию духовного торжества: то, чтобы печалию поста не нарушить веселия этого священнодействия, или чтобы плач, необходимый в Четыредесятницу, не был расстроен торжеством совершенной литургии, отцы Лаодикийского собора решительно воспретили приносить священный хлеб, то есть совершать священнодействие совершенной литургии, во все дни Четыредесятницы, кроме субботы и воскресных дней; даже запретили и память мучеников сопровождать радостным священнодействием и торжественными службами. В 48–м правиле сего собора написано: «в четыредесять дней Великого поста не проскомисати, но токмо в субботу и неделю». В толковании на это правило объясняются и вышеприведенные причины. «Понеже оные дни», сказано, «Великого поста покаяния суть время, и должен есть кийждо о согрешениях своих разум имети, и не оставити о тех потщание, на праздники уклонятися, о тех потщание имети и духовныя радости насытитися прежде времени». Посему в 50 правиле того же собора повелено: «в четыредесять дней Великого поста, кроме субботы и недели, ни мучеником память, ни инем святым творится».