Во имя Отца, и Сына, и Святого Духа!

Сегодняшний воскресный день является для нас днём поминовения Всех святых, в земле Российской просиявших. В прошлое воскресенье мы говорили о всех святых, которых почитает Вселенская Православная Церковь. Сегодняшний же день обращает нас именно к тем святым, которые связаны с нашей Поместной Церковью, Церковью, которая проповедовала Слово Божие на Руси.

Евангельское чтение сегодняшнего праздника представляет собой очень короткий рассказ из Евангелия от Матфея о том, как происходило призвание первых апостолов, и, казалось бы, даёт нам не так уж много оснований, чтобы поразмышлять о чём–то богословски значимом для нас. Иисус Христос, начинающий Свое служение в одиночестве, обретает Своих первых учеников, обращаясь к тем, кто, казалось бы, менее всего был предназначен к тому, чтобы стать проповедником Слова Божия: к простым рыбакам. Надо заметить, что труд рыбаков в Палестине, в основном добывавших рыбу в весьма коварных озёрах, где происходили нередко и бури, представлял собой не только тяжелую, но и опасную профессию, которая к тому же не обеспечивала рыбакам и их семьям стабильного и значительного дохода.

А ведь нет лучшего способа заставить человека не думать о духовном, не думать о горнем, не думать даже о Боге, как навалить на него огромное количество повседневного тяжёлого труда, дабы он, не поднимая головы, не разгибая спины, трудясь в поте лица, не только исполнял свою работу на этой земле, но постепенно забывал о чём бы то ни было духовном, о чём бы то ни было таком, что не было связано с решением его насущных материальных проблем.

И тем не менее Христос обращается именно к таким труженикам и простецам. Надо полагать, кто–то из них получил какие–то знания, какое–то религиозное воспитание и даже образование, а кто–то такового не имел, но все они готовы были к этому времени жить так, как жили их отцы, и, в общем и целом, продолжать череду тех многих поколений ветхозаветного Израиля, которые в меру своих сил исповедовали веру в Единого Бога, хранили веру в Единого Бога и ожидали, часто, может быть, теряя надежду, прихода в мир Мессии. И вот Мессия пришёл, призвал. Правда, когда эти несколько рыбаков отзывались на призыв Иисуса, вряд ли даже будущим великим апостолам Андрею Первозванному и Петру могло прийти в голову, что зовущий их следовать за собой учитель — это Мессия, ибо подавляющее большинство иудеев воспринимало Мессию как будущего земного царя, который им, представителям богоизбранного народа, да столь много перестрадавшего за свою веру в течение многих веков, даст возможность быстро и зримо ощутить своё земное величие. И вдруг простой странствующий учитель, ну, может быть, пророк, хотя немало ведь и в Израиле было учителей, которых признали пророками, которые и сами себя почитали пророками, но которые таковыми не являлись. Было в чём усомниться, было о чём задуматься и чего опасаться, и тем не менее эти четыре человека, первые апостолы, оставляют всё, что было у них, конечно, немного: привычный труд, дома, пусть бедные, семьи, пусть трудно живущие, но это был их мир, — они всё это оставили и пошли за Христом. Вот, собственно, и всё, о чём повествует сегодняшнее Евангелие. И какое отношение это имеет к нам?

В прошлое воскресенье мы говорили о том, насколько важно нам, почитая святых, осознать, что в их лице мы имеем не своих покровителей, не своих, извините меня за резкость, духовных «крышевателей», обращаясь к которым, мы можем что–то получить от Бога «по знакомству», — мы в них имеем прежде всего тех, кто был, подобно нам, немощным человеком, обратившимся ко Христу и в жизни своей в какой–то момент превозмогшим самого себя, своё несовершенство, и ощутившим себя в том самом совершенстве, которое каждому из нас в конечном итоге предлагается Богом. Да, это потребовало от каждого святого особых усилий, но без них, без этих усилий, нет никакой не только святой, но и просто духовной, полноценной, подлинно человеческой жизни, а ведь мы призваны быть не просто порядочными людьми, мы призваны быть святыми.

И вот сегодняшнее евангельское чтение, вновь напоминая нам об этой обыденной истории — призвании четырёх рыбаков на путь апостольской проповеди, вновь напоминает нам о нашем с вами христианском призвании. Наверно, можно смутиться и сказать: вот, наверно, если бы ко мне на моё рабочее место, в моё учреждение, в мой офис, в мой институт, в мою школу пришёл Христос и позвал меня, я бы с удовольствием оставил свою работу и пошёл за ним, зная. Кто такой Христос, и отдавая себе отчёт в том, что Он меня призывает стать апостолом. Но ведь этого не происходит в нашей жизни. Мы проживаем свою жизнь, короткую или длинную, так и не замечая в ней ни дома, ни на работе, что Христос призывает нас так вот зримо пойти за Собой. А значит, это Евангелие не о нас, не про нас — это просто рассказ о каких–то святых сверхчеловеках, к которым мы будем впредь обращаться, когда нам нужно будет что–то получить от Бога. Ведь они уже всё сделали для Бога, что было надо: оставили всё, пошли за Ним, продолжили Его дело, утвердили Его дело на этой земле своей кровью, — конечно. Бог их послушает, а нам, глядишь, что–то от этого перепадёт. И тем не менее это короткое Евангелие, рассказывающее нам о людях, которые свою очень трудную, очень скудную, но в общем–то вполне привычную жизнь принесли в жертву совершенно неведомому, непредставимому даже для многих их современников Благовестию Христову. Это Евангелие напоминает нам о той истине, которую мы чаще всего стараемся забывать, — что нет лучшего способа перестать быть христианином, чем растворить себя в круге привычных, обыденных дел нашей повседневной жизни.

Конечно, оставлять своих ближних, своих близких, своих домашних можно ведь и не ради Христа — и это будет являться грехом. Грехом, который поведёт за собой человека к новой череде грехов. Оставление привычного, обыденного мира, дорогого мира во имя Христа — это нечто уже совсем другое. И здесь не обязательно, как апостолы, уходить из своих домов, от своих близких, ведь можно и оставаться в мире, становясь лучше, изменяясь к лучшему, превращая свои дома, свои семьи, своих ближних, все эти маленькие социумы в маленькие Церкви, пытаясь в этих маленьких Церквях установить особые отношения, руководствуясь особыми чувствами. Увы, это бывает крайне редко. Но это самый прямой путь для созидания Церкви.

Церковь созидается прежде всего там, где оказывается хотя бы несколько христиан. Что же их связывает? Приходской храм, общее место работы, общие увлечения? Если в Церкви идёт общение, даже когда они собираются на работу, даже когда они собираются, для того чтобы просто пообщаться друг с другом, — если в них доминирующим настроением будет стремление ощутить себя во Христе и со Христом, если они будут во имя Христа общаться между собой, даже предаваясь каким–то иным, не непосредственно молитвенно–богословским размышлениям и разговорам, Христос уже с ними. И вот несчастье наше заключается именно в том, что, к сожалению, в нашей повседневной жизни мы не созидаем вот эти самые малые Церкви, мы не ведём себя как христиане. Мы христианами оказываемся в храме: вокруг нас иконы, перед нами святой престол, на котором совершается Евхаристия, и можно обозначить себя как христианина, помолившись, поклонившись, причастившись. Но вот мы выходим за пределы храма, продолжаем даже общаться с теми людьми, с которыми были в храме, и наши отношения становятся неотличимыми от отношений с другими, и так незаметно мы теряем ощущение Церкви.

Буквально на днях у меня был такой небезынтересный разговор со многим вам известным игуменом Стефаном, который, будучи уже немолодым монахом, очень впечатленный приехал из паломнической поездки на Афон. Вы представьте себе полуостров, который, принадлежа Греции, по существу является полузакрытым местом, куда не пускают женщин.

где находится большое количество древних замечательных монастырей, в которых действительно многие века не прерывается подлинно монашеская, подлинно монастырская жизнь. Но, так уж повелось с давних времён, в этих монастырях немало оказывается паломников, паломников очень разных — от благочестивых христиан, действительно очень трепетно воспринимающих Афон, до каких–нибудь вип–паломников, прилетающих туда на собственных самолётах, чтобы согласовать со старцами через переводчиков, какие акции покупать, а какие продавать, по Божьему благословению. Там очень разные люди оказываются. Немало там и людей, которые просто пытаются, что называется, «подъедаться» при этих монастырях в виде всякого рода трудников, людей, не нашедших себя в жизни, но и избегающих честного, прямого пути поступления в монастырь и служения монашеству. Поэтому там можно встретить и людей высокой духовной жизни, и людей сомнительных человеческих качеств. Вот почему в этой монашеской республике существует и своя полиция, которая ходит среди монастырей, посещает храмы — не для того, чтобы молиться, а для того, чтобы следить за порядком.

Когда отец Стефан вдохновенно мне описывал всё, что он там видел, от старцев–монахов до храмовых полицейских — греков, которые там ходят и следят за порядком, не говоря о том, как он воспринял пребывание в христианской земле, где всё пронизано духом христианства, я, по свойственному мне полемическому характеру, не мог не задать ему вопрос: а вот я знаю один финский городок, в котором православных практически нет, живут одни лютеране или просто религиозные агностики, но в котором почему–то теперь закрыли полицейский участок: полицейские не нужны, там ничего не происходит. Можно ли сказать, что в этом городке тоже есть какие–то христианские отношения? С одной стороны Афон с непрерывающейся веками молитвой в стенах монастырей и полицейскими, которые должны охранять этих молитвенников от тех, кто приезжает туда с дурными намерениями, — и городишко, в котором люди просто трудятся, ну, правда, читают Евангелие, ненадолго собираются в храмах, но при этом живут так, что им уже становятся не нужны полицейские.

Да, действительно, многогранно проявление Церкви в этом мире. Но самое главное, чего, увы, многим из нас недостаёт, — это понимание того, что христианами мы должны быть постоянно, проявляя себя по–христиански всегда и везде. И только тогда мы станем на путь, о котором нам напоминает Церковь сегодня, празднуя неделю Всех святых, в земле Российской просиявших. Впрочем, следует сказать, что в нашей истории, конечно, были святые, но часто жизнь этих святых была постоянным вызовом большинству окружавших их современных христиан. Неслучайно в истории многих наших святых мы встречаем глубокое непонимание современниками их жизни. Да, потом, когда они наконец умирали, их объявляли в Бозе почившими праведниками и начинали почитать, но при жизни многим святым доставалось весьма основательно от их братьев и сестёр во Христе. Это трудный путь, но, коль скоро мы с вами учимся вот здесь, в этом храме, друг друга принимать, друг друга терпеть со всеми нашими немощами, надо думать, что вот у нас с вами сейчас есть вполне конкретный путь стяжания святости — быть вместе, развивать отношения друг с другом и нести людям, которые встречаются на нашем пути, тот дух христианских отношений, который мы худо–бедно, но только пытаемся прозревать, и это будет тем самым путём святости, который в конце концов, может быть, и приведёт кого–нибудь из нас ко спасению.

Аминь.

17.06.2012