— …Наша церковь слишком анахронична по отношению к великим ожиданиям и чаяниям общества. Существует разрыв между этой церковью, тем, что и как она делает, и обществом, полным изменений. И это приводит к определенной маргинализации христиан. Если вера хочет что-либо значить, ей следует изучить саму себя.

…Большое число наших церковных учреждений действуют благодаря внешней поддержке, находятся в руках людей, которые пришли извне… У многих священников нет времени на идеологические построения, отвечающие требованиям эпохи. И это ставит перед нами вопрос, относящийся к положению церкви: можно ли одновременно переживать трудности и сделать выбор?

— Какой же выбор, например?

— Перейти от клерикальной церкви к народу Божьему, живущему на уровне групп и общин, в которых люди находят основу веры и евангельской практики. Наша церковь слишком похожа на станцию по обслуживанию религиозных нужд. Оставаясь внутри церкви, священники не способны сделать выбор, который не привел бы к клерикализму. Напротив, такой человек, как архиепископ Яунде Зоа, упрямо хочет получить место среди мирянства. Не все духовенство разделяет его точку зрения.

— И, однако, есть определенное число священников, которые сегодня пытаются сочетать христианскую веру с местными культурными корнями хотя бы путем создания африканской литургии…

— Африканская литургия — это не ответ на требования современности… Вопрос об инкультурации можно понять только в свете выбора, связанного с важнейшими проблемами современности…

Сегодня эти проблемы — несправедливость, неравенство, угнетение, включение людей в социальную систему, которая их маргинализирует. Поэтому надо знать, как церковь понимает евангелизацию.

Для меня основная миссия Иисуса из Назарета — это освобождение. И церковь должна решиться и выступить вместе с людьми, идущими к большей свободе, к большему достоинству.

— А разве таких групп и общин, о которых Вы мечтаете, еще нет?

— Действующих групп нет. У нас все еще клерикальная структура… Церковь остается делом священников, и деятельность таких групп по-прежнему блокируется структурой прихода. Приспособиться к этой структуре невозможно.

Нельзя избежать определенного отрыва от модели современной церкви. Можно перестать все время опираться только на приход, понимаемый как центр христианской жизни…

В городах, например, люди проходят, не видя нас. Если мы сделаем радикальный выбор, они, быть может, откроют нечто иное. Мы не можем хранить христианство в душе, потому что миссионерской территорией сегодня является город! И этот город ставит перед нашей верой серьезные проблемы…

…Основное — это создать маленькие оазисы в городе, которые смогут стать местами, где люди разделяют и исповедуют веру. Тогда перспективы изменятся.

Взять хотя бы молодежь на улице или учащуюся молодежь. Нам следует выяснить, что их привлекает, о чем они мечтают, и сблизиться с ними на этой основе… Нам нужно задаться вопросом о том, как вести диалог с этими новыми течениями мысли. И это должно стать пастырской задачей…

Евангелие указывает, что наш долг — выступить. Иисус Христос призывает нас занять позиции в пользу угнетенных. Наша церковь должна стать пророческой церковью, и нам следует действовать в этом смысле…

— Жан-Марк Эла не боится выступать ни в гражданских дискуссиях, ни в церкви. Ощущаете ли Вы от этого неудобство?

— Необходимо, чтобы я чуствовал себя свободным внутри церкви, по отношению ко всем и ко всякого рода проблемам. И эти проблемы я как теолог рассматриваю в свете веры. А наша вера — освободительница.