Бог есть дух, и духовность есть самое существо Божие. Вместе с тем духовность в Боге, как духе, как бы нарочито приурочивается именно к Духу Св, Третьей ипостаси. Духовность Духа Св. как Третьей ипостаси, тожественна духовности Божией, но вместе с тем она от нееипостаснокак бы и отличается. Можно сказать, что Дух Св. есть и дух Божий, но нельзя сказать наоборот, что дух Божий есть Дух Св., ибо Бог есть дух во всем триипостасном бытии Своем, не только как Третья ипостась, но и Первая, и Вторая. Духовность присуща Первой и Второй ипостасям не меньше, нежели Третьей. Отец и Сын есть в равной мере дух, как и Дух Св., который во Св. Троице, однако, являет Ее духовность как Триипостасного Бога. И потому здесь мы имеем равенство – неравенство, отожествление – различение между духом Божиим и Духом Святым. Дух Св.осуществляетдуховность Божию, однако ее в Себе не задерживая, Собой не исчерпывая и даже не определяя, ибо собственная Его духовность есть духовность и Отца, и Сына. Мы имеем здесь онтологическую пронизанность, взаимопронизаемость, но вместе и неслиянность Отца и Сына и Св. Духа – всей Св. Троицы, –которая есть дух –единыйдух, но не дважды или трижды дух. И при этом каждая из ипостасей имеет Свою собственную духовность, точнее, обладает ею по-своему, но вместе с тем осуществляет ее во Духе Св., Который есть в этом смысле некая едино-тройственная ипостась, собою являет и в себе несет троическую прозрачность субстанции духа. Св. Дух есть дух Божий; дух Божий – дух Отца и дух Сына – есть Св. Дух, Который есть не только Св. Дух, как Третья ипостась, но и дух Божий.

Эта прозрачность триипостасного духа делает неуловимой и неразличимой Его тройственность, которая, однако, состав-

187

ляет самую основу Его бытия. Не может быть духа моноипостасного – таковой и не есть дух, ибо дух естьнеединоипостасно, но трииностасно или многоипостасно раскрывающаяся духовность.

Дух Св. существует силою Отца и Сына, какИХлюбовь друг к Другу и как сама Любовь к Ним. В этом смысле Он не принадлежит Себе, не есть Свой, но есть Дух Отца и Сына, ибо вообще быть своим в замкнутости и ограниченности и несвойственно природе духа. Но это же время, как ипостась, Он есть личный, т.е. и в Себе заключенный Дух,Третьяипостась. Очевидно, эти определения не укладываются в дискурсивную схему, основанную на рациональном законе статического тожества, но его превосходят, ибо здесь мы имеемдинамическое тожество,выражающееся в ряде статических нетожеств или тожеств нетожественного. Из этого основного свойства динамического тожества, при статическом различии, становится понятным тот основной факт, что мы одновременно говорим сами и имеем свидетельство Слова Божия одухе Божиеми о Духе Св. как о чем-то различном и тожественном. Когда говорится о духе Божием, еще не говорится о Духе Св. Однако при этом мы по существу не можем ни различать, ни тем более противополагать духа Божия Духу Св., Третьей ипостаси.

ДухБожийесть триединство трех ипостасей в ихраздельноличности.Дух Св. есть Ихипостасноеединение в Третьем Лице. Если можно сказать, исходя из принципа монархии Отца, что вся Св. Троица есть Отец, самооткрываюшийся в Сыне и Духе, то можно также говорить и о Божественном триединстве открывшегося Божества в ипостаси Духа Св. Если в первом смысле Отец есть αὐτόθεος, или ὁ Θεός, Бог-Субъект, то в последнем смысле о Третьей ипостаси можно по преимуществу сказать, что Она есть Дух духа, τὸ πνεῦμα (с членом) в отношении к θεῖον πνεῦμα, сказуемое (или даже связка), само для себя ставшее подлежащим. Бог в полноте и завершенности Своего самооткровения есть Третья, последняя и завершительная, которая в этом смысле есть как бы и Первая ипостась.

Этот характер отношения, существующего между Божественным духом и Духом Святым, раскрывается как в междуипостасных взаимоотношениях Божественных Лиц, так и в Их взаимоотношении в едином Божестве или Божественной Софии.

188

Ей присуще бытие не только для ипостасного триединства, но и в себе самой, как славе и откровении Божества. Она, Божественная София, есть, конечно, такжедуховноеначало, есть духовность триипостасного духа. Она существует нераздельно и неотъемлемо от божественной триипостасности, ноненеразличимо от нее. Ей свойственно самобытие, как божеству или духовности ипостасного духа. В ней этот ипостасный дух открывается в себе и для себя, в своей собственном духовности, но это открывающее начало, духовность в духе, «ипостасность» ипостасей, имеет и свое по себе бытие, как Божество Бога. В этом смысле Бог есть дух и как божественная София. И в этой своей духовности божественная София в завершительной полноте своей запечатлевается Св. Духом. И о ней также можно сказать, что, будучи вообще духовностью, она есть и откровение Духа Св.. Это откровение в себя включает, как онтологический prius или предусловие, все содержание откровения Первой ипостаси во Второй, которое являемо и совершаемо Духом Святым, и вэтомсмысле Оно есть Дух Св. Бог открывает Свою духовность в Божественной Софии, не только в Слове, но и в Св. Духе, в Третьей ипостаси. Но не только в ней самой, но и вне ее, в творении, в Софии тварной. Иными словами,непосредственноеоткровение ипостасного Бога твари, Софии Божественной – творению, есть действие Духа Св. («благодать»), причем это откровение включает в себя, имеет своим содержанием Слово, показующее в Себе Отца. Дух Божий, Он же и Дух Св., не есть свой собственный, в своем содержании самозамкнутый дух, но Он есть Дух Истины, Дух Премудрости, Дух Отца и Сына, Дух Св. Троицы 1).

Этими богословскими соображениями мы хотим установить огромной важности факт, что в Слове Божием мы имеем, как основную и общую, типическую черту, кажущееся безразличие в употреблении выражения «дух Божий» в двойственном значении: как Божества вообще, так и Духа Св. Эти

_____________________________________

1) На основании сказанного мы установляем следующий принцип догматической экзегезы. Везде, где говорится о «духе Божием», следует разуметь откровение или действие Бога, во Св. Троице сущего, без различения отдельных ипостасей Троицы как единицы; но с этим общим значением может соединяться и более частный смысл, в отношении к Третьей ипостаси, к Св. Духу, – как такой ипостаси, которая нарочито выражает духовность Божественного Духа в полноте Его самооткровения. Однако это выражение может и вовсе не сопровождаться каким-либо определенным отношением к самой Третьей ипостаси, имея в виду лишь Ее действие или явление.

189

выражения употребляются настолько promiscue и неуловимо в своем точном значении, кроме конкретных определенных случаев, что бывает трудно и даже просто невозможно в отдельных случаях установить их точный смысл: говорится ли о Боге самом как о Св. Троице, или о Третьей ипостаси, о Св. Духе, или же о действии Бога в мире, притом иногда в самом широком и неопределенном смысле. Можно сказать, что вообще всюду, когда надо указать действие Бога в мире или Его откровение твари, говорится о «духе» Божием. Эта кажущаяся неточность у священных писателей способна внушать смущение и даже казаться соблазнительной, если не принять во внимание укачанного соотношения между духовностью Божией, духом Божиим и Духом Святым.