Пятница утро.

Вчерашнее твое письмо2271очень опечалило и смутило меня, милая радость. Я уже собирался вскоре ехать к вам. Теперь же не знаю, что делать. Если вы не заедете в Петербург, должно выхлопотать паспорты заграничные теперь же. Я хотел непременно побывать с тобой в Петербурге у хорошего доктора. С одной стороны, от его отзыва будет зависеть решение о зимней нашей резиденции. Если он не воспротивится, то лучше всего ведь нам поселиться всем вместе близ Лондона. С другой стороны, не знаю я, кого спросить за границей о твоем здоровьи, а его состояние не объясняется одною беременностью и требует энергической заботы. Таким образом я как бы указываю тебе на необходимость приехать в Петербург. Но я не меньше тебя боюсь за утомление, которое тебе причинит эта остановка, — и не знаю просто, что делать. Конечно, в Петерб<урге> можно было бы ограничиться тебе визитом к доктору и визитом к Яковлевым, если они там, и остаться всего два дня. Но не знаю, не повредит ли тебе это. Что касается Кости, то приятно было бы узнать мнение русского хорошего врача — не очень–то я доверяю Бритиш–мэнам2272; но начинать его лечение здесь, конечно, невозможно, если даже это окажется нужным, так как дело это долгое. Подумаю еще — и, быть может, надумаю ехать в понедельник (— тогда извещу депешей) — может быть, нет. Да впрочем спешить пожалуй не очень теперь нужно приездом, т. к. во всяком случае выгадывается несколько дней, а здесь уже работа наладилась. Но если тебе лично хочется быть со мной и без меня худо, то вызови немедленно. Работать и там буду, наверно.

Я очень занят все эти дни, все время за письменным столом — за корректурами и приготовлением манускрипта, везде требуются неожиданные перемены, везде непредвиденные недосмотры. Я уже читал и отослал в корректуре всю «Райскую Мать»2273. Настроение — почти ипохондрическое; Маруся прямо спасительный аппарат в пучине меланхолии2274. За тебя боюсь и мучусь до боли. Работаю хорошо, но тоска томит. Целую тебя и детей

Твой В.2275

Насчет «мачты» хочу тебя успокоить2276. Разве решусь уничтожить ее без разрешения? Будет:

Гнет ветр неудержимый

Реи могутные.

Хорошо? «Могутный» — эпитет «плеч». Реи — что плечи. Хотел даже:

Гнет реи буйный ветр Могутно–раменные —

Да тяжело это.

Мачта с реями — символичны (крест).

Твой В.

Масса вариантов ждет твоей резолюции.

Обложку напрасно одобряешь: устрою лучше — увидишь сама.

Спасибо за новое письмецо дорогое2277. Все–таки Сережасвинит.Верушку целую2278.