345. Иванов — Зиновьевой–Аннибал 6/19 августа 1900. Сестрорецк
6 Авг. 1 ч. попол<удни>.
Чудесная Светелка.
Дорогая радость! Я только что вернулся от обедни — было так празднично и солнечно (праздник Преображения2260прекрасен) — вернулся с бутылкой кахетинского винца белого — и наконец нашел твое письмецо радостное2261, первое по моему адресу, и корректуры в виде больших простынь, на которых плотно–плотно напечатаны мои строчки и твои (из «Пламенников»), так что они мне кажутся новыми. Прибавили они и пробный листок заглавия, кот<орый> [вероятно, перешлю] пересылаю тебе. Шрифт имени и красной строки «Кормчие Звезды» я бы заменил другим, совершенно соответствующим остальному — да нет у них, боюсь, подходящего такой величины, и не уместится широкий шрифт… Возврати, рассмотрев и установив свое мнение. — Спасибо сердечное за тонкие замечания. Но что делать с «щоглой»? Нельзя же ведь: «рвет ветр… снасти упорные»; я уже так думал, да нехорошо это. А «щогла» превосходна и по смыслу, и как слово, но непонятно, юродива…
Я думал приехать числа приблизит<ельно> 16‑го, 17‑го или 18‑го… Если нужно, ускорю; только нужно ли? Уроков все равно было бы немного. А здесь — уединение сердца, как я выразился; библиотека под рукой. Не хочется мне очень–то спешить… Жаль, я не знаю семейных дат и пропустил Верушки нашей праздник2262. Сегодня утром написал стихи, кот<орые> не назвать ли «Вечная Память», или иначе2263? Вообще думай о заглавиях. Хорошо ли: «По бледным пажитям забвения» — как заглавие2264?
Спешу. Целую как люблю. — Люблю как [живу] дышу. Почта идет в 2 ч<аса>
Вяч.
Вечная Память.
Над смертью вечно торжествует,
В ком память вечная живет.
Любовь зовет, любовь предчует;
Кто не забыл, — не отдаёт.
Скиталец, в даль над зримой далью
Взор ясновидящий вперя,
Идет, утешенный печалью…
За ним — заря, пред ним — заря…
Кольцо и посох — две святыни —
Несет он верною рукой.
Лелеет пальма средь пустыни
Ночлега легкого покой…
Пальма — древнехристианский символ, часто изображ<аемый> в катакомбах, и, кажется, символ бессмертия.
Как думаешь: не написать ли Трубецкому? — упомянуть о телеграмме, благодаря, и упредить о моих рукописях (он разбирает бумаги Вл<адимира> С<оловьева>).
Не успел даже хорошо рассмотреть заглавный листок.
Не показывай заглавный листок всем и каждому, как от тебя можно ожидать.
[Дитя обожаемо<е>.]
Надеюсь, письмо не пропадет.

