Берлин, 22 Июня.

Я получил, дорогая Лидия, твое письмо от 12 Июня, — первое, адресованное тобою после Москвы сюда и по ошибке пересланное в Москву. Оно произвело на меня глубокое впечатление. Красотутакой«этики» я понимаю.

Вчера я переслал тебе свои старые письма. Ждал напрасно комментария к твоему лаконическому «vieni»645. Он был бы не лишним, — и я все жду его. Твои депеши требуют иногда комментариев. «Ti voglio bene», означающее для Итальянца «я тебя люблю», было переведено тобою: «я не могу более тебя любить».

Хотел бы я также знать, другими ли глазами ты смотришь на меня после моих письменных разъяснений или сохраняешь точку зрения, так пространно развитую тобой в твоей недавней Иеремиаде. Жду, следовательно, и ответа на свое письмо.

Что касается свидания, то приехать в Париж мне в крайней степени неудобно. Тем не менее мыдолжныувидеться. Не легче ли было бы тебе приехать сюда? Я во всяком случае не имею возможности отправиться немедленно.

Тоска томит меня. Это оттого — думается мне, — что ты сняла мое кольцо. Разве мы сказали последнее слово? Еслида,к чему и свидание? Но ты не можешь сказать этода…

Твой В.

Лидия, приезжай ко мне646.