Пишу из Турина в час дня. Только что поела макароны и запила чашкой черного кофе. Очень устала. Кофе помог. Доеду как–нибудь, ведь во П-м лучше третьего. Зато уж душа от П-го страдает. Такую мерзость развозят вместо людей. 1) трех немцев: первый гаденький, маленький, нагленький, с мягкой шляпой набекрень, согромнымиушами и руками, перетянутый <?> брелоками и кричащий ежеминутно: «Es ist mir Wurst»1781или «die Hunde (про кондуктора) коммен нихт мер»1782, или «wir werden schangieren1783müssen für Milano»1784; второй, с лицем пилы, с горестным <?> носом, безбородый и волосы ежом: спал всю дорогу, вытянув ноги, так что дамы лезли, как через забор, 3‑й точно из дерева накрашен и лакирован и гаденькая, < 1 нрзб> песочная бородка, и ушки растут: неумно1785и мертво <?>. Потом везли парижанку, которая жрала: окороки цыпленка, сыр, потрошки <?> и апельсин и запивала чудным вином, на всех фыркала <1 нрзб> надменной, вульгарной старой буржуйки, за ней все ухаживал и ел с нею итальянец, красавчик, в духе Туликова, и все итальянцы были у ног Франции: очень уж нагла она. Словом, скверность II класса. Под конец вошли мужики, и франц<ужен>ка за их спиной фыркала своему кавалеру, тогда полегчало. Напишу из Модены. Всех целую, все думаю о вас. Darling Coonn, I am yours for ever. Quite near you, my saint <?> <1 нрзб>1786.

Проехала Ломбардию: ширь зеленая, вода, аллеи <1 нрзб> ветел и… <так!>, поля. Хорошо, точно в Павии. <3 нрзб>.

Coonn, I adore you, be happy and cheerful, be kind to stupid Lidia <?>. Do not grieve, dearest Coonn, I am very courageous, I am sure to be soon with you. Stupid boy, if your tooth aches, ask for the кокаин <?> Olga has. Love me as I you and be quiet and write «Врата»1787. I am so happy to have my роман, точно я не одна, точно не между уродливыми <1 нрзб>, и со своими «людьми» и with you, my мусагет1788.