Прошло Рождество, и мѣсяцъ спустя послѣ Рождества капитанъ Маррабель и Мери Лоутеръ согласились забыть свое осеннее дѣло, смотрѣть на прошлую любовь какъ на чувство никогда не существовавшее, и разстаться друзьями. Оба сильно страдали отъ такого рѣшенія, но онъ сильнѣе жаловался на свое несчастіе и увѣрялъ себя и другихъ что его погубили на всю жизнь. И дѣйствительно, человѣкъ не можеть быть несчастнѣе чѣмъ былъ Вальтеръ Маррабель въ то время. Горе его усиливалось непріятною истиной, которую онъ не хотѣлъ скрывать отъ самого себя и отъ Мери, что виновникъ его несчастія его отецъ. Въ концѣ ноября сдѣланы были различныя попытки спасти хоть какую-нибудь часть денегъ, и адвокаты спустились такъ низко что выразили готовность взять хоть 2.000 фунтовъ. Они могли бы избавить себя отъ такого униженія, потому что не только 2.000 фун., но и 200 нельзя было спасти. Вальтеру Маррабель въ то время хотѣлось подраться съ кѣмъ-нибудь, но гг. Блокъ и Корлингь очень ясно дали ему понять что побить онъ можетъ только своего отца, но и тогда онъ не получитъ отъ него ни одного пенни. "По моему мнѣнію," сказалъ мистеръ Корлингъ, "вы имѣете право посадитъ въ тюрьму вашего отца, но вы, вѣроятно, не захотите этого." Маррабель принужденъ былъ сказать что онъ этого не хочетъ, но сказалъ это такимъ тономъ что было понятно что онъ считаетъ тюрьму самымъ приличнымъ мѣстомъ для своего отца. Блокъ и Корлингъ уже много лѣтъ были повѣренными Маррабелей, и хотя они не чувствовали особеннаго расположенія къ личности полковника, но, по правиламъ своей профессіи, думали что семейнаго пятна не должно выказывать публикѣ. Нѣтъ семьи безъ урода, и семейные повѣренные обязаны не давать этому уроду выказываться въ переднихъ рядахъ семейства. Капитанъ вдѣлалъ ужасную глупость, подписавъ ту бумагу и теперь долженъ вынести послѣдствія этой глупости.

-- Не думаю чтобы вы могли выиграть что-нибудь, капитанъ, если будете судиться съ полковникомъ, сказалъ мистеръ Борлингъ.

-- Я не имѣю ни малѣйшаго намѣренія судиться съ нимъ, сказалъ капитанъ раздраженнымъ тономъ. Онъ вышелъ изъ конторы и отрясъ прахъ ногъ своихъ, какъ на гг. Блока и Корлинга, такъ и на своего отца.

Тотчасъ же послѣ этого онъ опять имѣлъ свиданіе со своимъ отцомъ. Чортъ дернулъ его, какъ онъ самъ потомъ говорилъ дядѣ, отправиться въ Портсмутъ чтобы повидаться съ человѣкомъ которому его интересы должны бы были быть дороже чѣмъ кому-либо, и который его такъ безжалостно ограбилъ. Ничего нельзя было ожидать отъ этого визита, ни денегъ, ни совѣта, ни даже утѣшенія. Можетъ-быть, Вальтеръ Маррабель, въ гнѣвѣ своемъ, думалъ что несправедливо будетъ если отецъ его вывернется не услыхавъ отъ сына ни одного слова упрека за все что онъ ему сдѣлалъ. Полковникъ занималъ штабную квартиру въ Портсмутѣ, и сынъ пришелъ къ нему подъ вечеръ, когда онъ одѣвался собираясь ѣхать на обѣдъ.

-- Это ты, Вальтеръ, сказалъ старый грѣшникъ, показываясь изъ двери своей спальни.-- Очень радъ тебя видѣть.

-- Я этому не вѣрю, сказалъ сынъ.

-- Ну, что ты скажешь? Если ты будешь вести себя прилично, я буду радъ тебя видѣть.

-- Вы подали мнѣ примѣръ приличія; не правда ли? Прилично! Вотъ еще что!

-- Если ты, Вальтеръ, пришелъ говорить объ этихъ ужасныхъ деньгахъ, то прямо говорю тебѣ: я не буду слушать.

-- Это великодушно съ вашей стороны.

-- Я былъ несчастливъ. Какъ только я буду въ состояніи заплатить эти деньги, или часть ихъ, я заплачу. Съ тѣхъ поръ какъ ты воротился, я употреблялъ всѣ силы чтобы воротить для тебя часть денегъ, и ты получилъ бы ихъ, еслибы не бедфордскіе дураки. Но если говорить правду, деньги эти все же мои, и мнѣ кажется, ты это самъ чувствовалъ когда уполномочилъ меня распоряжаться ими.

-- Вотъ такъ хладнокровіе!

-- Я всегда былъ хладнокровенъ и намѣренъ такимъ остаться. За мной сейчасъ пріѣдетъ экипажъ, я долженъ ѣхать на обѣдъ. Надѣюсь, ты не подумаешь что я бѣгу отъ тебя.

-- Я не позволю вамъ уйти пока, вы не выслушаете того что я намѣренъ сказать вамъ, сказалъ капитанъ.

-- Такъ говори скорѣй.

И полковникъ стоялъ предъ сыномъ и смотрѣлъ ему въ глаза. Нельзя сказать чтобъ онъ сердился, но у него былъ видъ какъ будто онъ былъ пострадавшимъ лицомъ. Это былъ худощавый старикъ, который носилъ платье съ ватой, красилъ бороду и брови, имѣлъ вставные зубы, и который, вопреки хроническому разстройству кармана, одѣвался всегда въ отличное платье изъ рукъ вестендскаго портнаго. Онъ былъ однимъ изъ тѣхъ людей которые въ продолженіи своей долгой, безпечной, безпутной жизни умѣютъ жить всегда съ комфортомъ, ѣсть и пить отлично, мягко спать, носитъ хорошее платье и тонкое бѣлье, и при всемъ этомъ никогда не имѣютъ денегъ. Въ нѣкоторыхъ кружкахъ общества, полковникъ, хотя всѣмъ уже были извѣстны его дѣла, былъ еще до сихъ поръ популяренъ. Онъ былъ всегда веселъ, имѣлъ хорошія манеры, говорилъ забавно, и для него не было ничего святаго во всемъ свѣтѣ. Ему было болѣе семидесяти лѣтъ, жизнь свою онъ провелъ разгульно, и зналъ что жить ему остается не долго, но никакія сомнѣнія, никакія опасенія не тревожили его. Сомнительно даже зналъ ли онъ что онъ дурной человѣкъ, такой, хуже котораго трудно найти. Лгать, красть -- конечно не изъ ящиковъ и кармановъ, потому что онъ зналъ какъ это опасно; обманывать -- только не за карточнымъ столомъ, потому что этой науки онъ никогда не могъ постигнуть, удовлетворять всякой своей страсти, хотя бы. это сдѣлало другаго человѣка несчастнымъ на всю жизнь; не признавать никакихъ боговъ кромѣ своихъ тѣлесныхъ чувствъ и никакихъ обязанностей кромѣ обязанности удовлетворять этихъ боговъ; проѣдать все и не производить, ничего не любить никого кромѣ себя; не учиться ничему кромѣ умѣнья по-джентльменски сидѣть за столомъ; не любить, ни своей родины, ни своей профессіи; не имѣть ни вѣры, ни партіи, ни друзей; таковы были, есть и будутъ жизненныя правила полковника Маррабель. Многіе, можетъ-быть, ставили ему въ достоинство что онъ не робѣлъ предъ неизбѣжною судьбой. Когда его докторъ сказалъ ему что онъ умретъ очень скоро, если не будетъ воздерживаться отъ нѣкоторыхъ вещей, и сказалъ это къ такимъ словахъ что полковникъ зналъ что и при воздержаніи онъ проживетъ не долго, онъ рѣшился воздерживаться, думая что удовольствія ею грѣшной жизни стоять такой жертвы. Но никакого другаго дѣйствія не произвелъ на него намекъ доктора. Онъ даже ни разу ни подумалъ есть ли что о чемъ можно пожалѣть предъ смертью, или чего надо страшиться за гробомъ.

На свѣтѣ много полковниковъ Маррабелей. Они хорошо извѣстны въ клубахъ и купцамъ у которыхъ забираютъ. Мущины даютъ имъ обѣды, а женщины улыбаются имъ. Они никогда не испытываютъ недостатка въ сигарахъ и шампанскомъ. Для нихъ всегда готовы лошади, и слуги служатъ имъ усерднѣе чѣмъ другимъ людямъ. Имъ даютъ денегъ взаймы, зная что нѣтъ никакой надежды получить ихъ обратно. Иногда слышишь ужасный разказъ о какой-нибудь дѣвушкѣ которая губитъ себя изъ любви къ такому человѣку. И при всемъ этомъ полковники Маррабели пользуются популярностью! Трудно прослѣдить жизнь такого человѣка до самаго конца и удостовѣриться какъ онъ спокойно отходитъ изъ міра, потухая какъ нагорѣвшая свѣча, оставляющая послѣ себя лишь небольшую копоть.

-- Постараюсь сказать поскорѣй, отвѣчалъ капитанъ.-- Я, насколько мнѣ извѣстно, ничего не выиграю оставаясь въ вашемъ обществѣ.

-- Конечно, если ты такъ невѣжливъ.

-- Невѣжливъ! Я рѣшилъ сегодня,-- не для васъ, но для чести фамиліи,-- что не буду преслѣдовать васъ какъ преступника за ужасную кражу которую вы совершили.

-- Вѣдь это было бы глупо, Вальтеръ, и ты это также хорошо знаешь какъ и я.

-- Я черезъ нѣсколько недѣль ѣду въ Индію, и надѣюсь что мнѣ не удастся увидать васъ еще разъ. Я постараюсь чтобъ этого не случилось. Неизвѣстно кто изъ насъ умретъ раньше, но это послѣднее свиданіе. Надѣюсь что вы въ минуту смерти припомните что вы погубили вашего сына во всѣхъ жизненныхъ отношеніямъ. Я хотѣлъ жениться на дѣвушкѣ которую я люблю, но теперь это разстроилось, и все изъ-за васъ.

-- Я объ этомъ слышалъ, Вальтеръ, и искренно поздравляю тебя съ твоимъ избавленіемъ.

-- Я не могу ударить васъ.

-- Да, этого ты не дѣлай.

-- Изъ уваженія къ вашимъ лѣтамъ и къ тому что вы мой отецъ. У васъ, кажется, нѣтъ сердца, и вы этого не можете чувствовать.

-- Малый мой, у меня есть аппетитъ, и я долженъ ѣхать и удовлетворить его.

И съ этими словами полковникъ исчезъ, а капитанъ выждалъ пока отецъ его сошелъ съ лѣстницы и сѣлъ въ экипажъ, и тогда вышелъ самъ.

Хотя онъ говорилъ отцу что отказался отъ надежды жениться на Мери Лоутеръ, но онъ еще не выразилъ своего согласія на тотъ способъ какимъ должны были окончиться ихъ отношенія. Вопросъ этотъ подвергся продолжительному обсужденію друзей, какъ это всегда бываетъ съ подобными вопросами при такихъ обстоятельствахъ; и Мери слышала со всѣхъ сторонъ что она обязана отказаться, какъ для своей, такъ и для его пользы; что отношенія ихъ никогда не окончатся бракомъ и принесутъ несчастіе ей и ему. Священникъ Джонъ приходилъ поговорить съ ней и говорилъ съ такою энергіей къ какой она прежде не считала его способнымъ. Тетка Сарра была съ ней очень ласкова, но не измѣнила своего убѣжденія что отношенія ея съ Вальтеромъ должны быть по необходимости окончены. Мистеръ Фенвикъ написалъ ей письмо полное дружбы и совѣтовъ, а мистрисъ Фенвикъ сама пріѣзѣала въ Лорингъ поговорить съ ней объ этомъ предметѣ. Разговоръ между ними длился очень долго.

-- Если вы заботитесь обо мнѣ, сказала Мери,-- это безполезно.

-- А о комъ же еще? О мистерѣ Джильморѣ? Право, я о немъ теперь и не думала. Я говорю это потому что знаю что бракъ между вами и вашимъ кузеномъ невозможенъ, а продолженіе такихъ сношеній было бы гибельно для васъ обоихъ.

-- Для меня это не составляетъ никакой разницы.

-- Нѣтъ, это составляетъ большую разницу. Васъ измучаетъ неисполняющееся ожиданіе; нѣтъ ничего столь убійственнаго, столь ужаснаго и чего надо такъ избѣгать. А онъ! Какъ можетъ человѣкъ, поставленный въ такое положеніе въ жизни какъ онъ, жить при такихъ условіяхъ?

Результатомъ всего этого было письмо, въ которомъ Мери предлагала своему кузену освободить его отъ обѣщанія, и говорила что для нихъ обоихъ будетъ лучше если онъ согласится принять это освобожденіе. Намѣреніе, которое она приняла сначала, возложитъ на него всю отвѣтственность, не годится. Она убѣдилась изъ всѣхъ ужасныхъ разговоровъ, что если отношенія ихъ должны быть покончены, то это должна сдѣлать она, а не онъ. Она хотѣла поступить великодушно предоставивъ ему рѣшеніе, но тетка ея и мистрисъ Фенвикъ объяснили ей что онъ не можетъ воспользоваться такимъ великодушіемъ. Она обязана принять всю отвѣтственность на себя и сдѣлать первый шагъ. Она, однимъ словомъ, обязана сказать ему что между ними все кончено.

Въ тотъ же самый день когда мистрисъ Фенвикъ уѣхала отъ нихъ, Мери написала это письмо, и оно лежало въ карманѣ капитана Маррабель когда онъ ходилъ въ послѣдній разъ проститься съ отцомъ. Сколько горя и слезъ стоило ей это письмо! Она сказала себѣ что слѣды слезъ не должны остаться на письмѣ, и разъ десять она вытирала ихъ на глазахъ чѣобы не дать имъ упасть. Въ письмѣ не было умышленнаго паѳоса, не было даже увѣреній въ любви до самаго конца, гдѣ она сказала что всегда будетъ горячо любить его; не было ни жалобъ и ни одного слова о своемъ горѣ. Она употребила всѣ доказательства которыя приводили ей другіе и потомъ вывела свое заключеніе. Она подумала, что если она обѣщаетъ быть ему вѣрною, то этимъ будетъ вызывать его на такое же обѣщаніе съ его стороны, и она не написала ни слова о вѣрности. Для нихъ обоихъ будетъ лучше если отношенія ихъ будутъ кончены, и они должны быть кончены вполнѣ. Таковъ былъ смыслъ письма Мери Лоутеръ.

Капитанъ Маррабель, прочитавъ его, не могъ не согласиться со справедливостью всѣхъ доказательствъ, но онъ слишкомъ любилъ эту дѣвушку чтобы свобода могла обрадовать его. Онъ, конечно, чувствовалъ что обязательство это ему въ тягость, что онъ не сдѣлалъ бы его еслибы зналъ о потерѣ всего состоянія, и что есть страшная вѣроятность что оно никогда не поведетъ къ браку, но несмотря на все это, освобожденіе сдѣлало его несчастнымъ. Бракъ никогда не можетъ быть такимъ важнымъ, рѣшительнымъ шагомъ въ жизни, причиной крайняго несчастія или полнаго счастія для мущины, какъ для женщины. Но онъ любилъ ее искренно и сильно, и когда онъ узналъ что она не будетъ его женой, онъ чувствовалъ себя какъ человѣкъ у котораго украли его сокровище. Ея письмо было длинно и полно доказательствъ, его письмо было кратко и страстно. Читатель долженъ прочесть его:

"Дукъ-Стритъ, январь 186*.

"Милая Мери!

"Еы, кажется, правы. Всѣ мнѣ говорятъ это, и всѣ, вѣроятно, говорятъ и вамъ то же самое. Я долженъ уѣхать; что же же касается до возвращенія, я не знаю могу ли я надѣяться на это. При такихъ обстоятельствахъ было бы несправедливо и эгоистично съ моей стороны еслибъ я уѣхалъ оставивъ васъ думать о себѣ какъ о вашемъ будущемъ мужѣ. Вы ждали бы того что могло бы никогда не случаться.

"Что касается до меня, я никогда не буду думать о другихъ женщинахъ. Солдатъ можетъ обойтись безъ жены, и я съ этихъ поръ буду считать себя однимъ изъ тѣхъ безполезныхъ, но многочисленныхъ животныхъ которыхъ называютъ "холостяками". Я никогда не женюсь и всегда буду носить вашъ образъ въ моемъ сердцѣ, и не буду считать что грѣшу противъ Васъ или кого другаго, продолжая думать о васъ когда вы выйдете замужъ.

"Мнѣ не нужно говорить вамъ какъ я страдаю. Не только потому что долженъ разстаться съ вами, но и потому что я не могу забыть кто этому причиной. Я вчера видѣлся съ отцомъ, и можете вообразить какое это было свиданіе. Я иногда думаю, когда лежу въ постели, что ни съ однимъ человѣкомъ не поступали такъ жестоко какъ со мной.

"Прощайте, моя милая. Я не рѣшился бы сказать того что вы сказали, но я знаю что вы правы. Это не моя вина, дорогая моя. Я любилъ васъ и люблю такъ искренно, какъ ни одинъ мущина никогда не любилъ женщины.

"Всемъ сердцемъ преданный вамъ "Вальтеръ Маррабель.

"Р. S. Мнѣ хотѣлось бы увидать васъ еще разъ до отъѣзда. Неужели это невозможно? Я пріѣду къ дядѣ, но не приду къ Вамъ, если Вы скажете что лучше не приходить. Если вы можете заставить себя повидаться со мной, прошу Васъ, пожалуста, сдѣлайте это."

Въ отвѣтъ на это Мери написала что она, конечно, хочетъ увидаться съ нимъ, когда онъ пріѣдетъ въ Лорингъ. Она не знаетъ причины, Говорила она, почему имъ не должно видѣться. Но написавъ это, она спросила совѣта тетки. Тетушка Сарра не рѣшилась сказать что свиданія этого не должно бы быть, но было ясно что она считала его опаснымъ.

Капитанъ Маррабель пріѣхалъ въ Лорингъ въ концѣ января, и свиданіе состоялось. Мери устроила такъ что она была одна, когда онъ пришелъ. Онъ просилъ чтобъ она пошла съ немъ гулять, по ихъ обыкновенію, но въ этомъ она отказала, оказавъ что такая горестная прогулка ей не по силамъ, и послѣ этого улыбаясь говорила теткѣ, что еслибъ она еще разъ вышла съ нимъ изъ ихъ дома, то вѣроятно никогда не вернулась бы не рѣшилась бы попросить его воротиться назадъ, когда знала бы что это въ послѣдній разъ." И потому было рѣшено что свиданіе произойдетъ въ гостиной.

Онъ вошелъ въ комнату скорыми, неровными шагами, подошелъ къ ней, обнялъ и поцѣловалъ. На этотъ счетъ она уже заранѣе сдѣлала нѣсколько рѣшеній. Онъ можетъ поцѣловать ее, если захочетъ, когда будетъ уходить, но только одинъ разъ. И теперь, почти непримѣтнымъ движеніемъ, она освободилась отъ его рукъ. Она не скажетъ ему объ этомъ ни слова, но будетъ помнить что онъ для нея уже не болѣе какъ дальній родственникъ. Она не должна уже болѣе класть голову на его плечо, путать пальцами его волосы, смотрѣть въ его глаза, съ любовью, цѣловать его. Какъ бы ни была сильна его любовь, но такіе внѣшніе знаки любви уже не приличны.

-- Вальтеръ, сказала она,-- я такъ рада васъ видѣть, хотя, можетъ-быть, было бы лучше еслибъ вы не приходили.

-- Почему же лучше? Это было бы неестественно еслибы мы не увидались.

-- И я такъ думала. Почему не проститься друзьямъ, если даже дружба ихъ такъ горяча какъ наша? Я сказала тетушкѣ Саррѣ что никогда не простила бы себѣ еслибы не позволила вамъ придти.

-- Въ этомъ нѣтъ ничего страшнаго, кромѣ того что это ужасный конецъ, оказалъ онъ.

-- Съ одной стороны, я не считаю это концомъ. Мы не можемъ быть мужемъ и женой, Вальтеръ, но я буду всегда слѣдить за вашею карьерой и буду думать о васъ какъ о самомъ дорогомъ другѣ. Я надѣюсь что вы будете писать мнѣ, не въ началѣ, а такъ, черезъ годъ. Тогда вы будетъ въ состояніи писать мнѣ какъ братъ.

-- Никогда я не буду въ состояніи писать такъ.

-- О, будете, если только захотите переломить себя для меня. Мнѣ кажется, люди могутъ привыкнуть ко всему, если только захотятъ хорошенько поработать надъ собой. Вы на должны быть несчастнымъ, Вальтеръ.

-- Я не такъ благоразуменъ и самонадѣянъ какъ вы, Мери. Я буду несчастливъ, и я солгалъ бы еслибы сталъ увѣрять что не буду. Меня впереди не ожидаетъ ничего что могло бы сдѣлать меня счастливымъ. Когда я воротился на родину, меня почти ничто не привязывало къ жизни, хотя я надѣялся получить состояніе. Тутъ я встрѣтилъ васъ, и весь міръ, казалось, измѣнился. Я былъ счастливъ даже тогда когда узналъ какъ со мной ужасно поступили. Но теперь все кончено, и я не думаю чтобъ я когда-нибудь могъ быть опятъ счастливъ.

-- А я надѣюсь быть счастливою, Вальтеръ.

-- Надѣюсь что будете, милая моя.

-- Есть различныя степени счастія. На высочайшей степени счастія я была когда узнала что вы любите меня.

Когда она сказала это, онъ хотѣлъ взять ея руку, но она непримѣтнымъ движеніемъ отодвинулась отъ него.

-- Это счастіе я не потеряла до сихъ поръ и не намѣрена терять его. Я всегда буду вспоминать что вы любили меня; и вы тоже не забудете что я васъ любила.

-- Забуду? Нѣтъ, не думаю чтобъ я могъ забыть это.

-- Такъ мы не можемъ быть вполнѣ несчастны. Нѣкоторое время мы, конечно, будемъ страдать.

-- Я знаю какъ я буду страдать. Я не могу похвалиться такою силой воли чтобы сказать что я могу потерять то что мнѣ необходимо и не чувствовать потери.

-- Мы оба будемъ это чувствовать, Вальтеръ, но я надѣюсь что мы не будемъ несчастны. Когда вы уѣзжаете изъ Англіи?

-- Это не рѣшено еще. У меня не хватило духа подумать объ этомъ. Вѣроятно, не раньше какъ черезъ мѣсяцъ или два.

-- Что же вы будете дѣлать съ собой?

-- У меня нѣтъ никакихъ плановъ, Мери. Сэръ-Грегори звалъ меня въ Донриппель, и я поживу тамъ пока не надоѣстъ. Какіе веселые разговоры будутъ у меня съ дядей объ отцѣ!

-- Лучше не говорить о немъ, Вальтеръ; такъ вы скорѣй забудете его. Мы, конечно, будемъ слышать о васъ отъ священника Джона.

Она сидѣла немного поодаль отъ него, и онъ не старался приблизиться къ ней до той минуты когда, по ея знаку, онъ всталъ чтобъ уйти. Онъ сидѣлъ съ ней около часа, и все это время говорила болѣе она чѣмъ онъ. Она старалась дать ему понять что онъ свободенъ какъ вѣтеръ, и говорила что она надѣется услышать когда-нибудь что онъ женатъ. Въ опроверженіе онъ съ жаромъ увѣрялъ что никогда не назоветъ ни одну женщину своею женой, если только непредвидѣнныя обстоятельства не позволятъ ему возвратиться и опять просить ея руки.

-- Я не хочу сказать что вы должны ждать меня, сказалъ онъ.

Она улыбнулась, но не дала никакого отвѣта. Она рѣшила что для его пользы она не должна давать ему надежды на возобновленіе ихъ отношеній, и не дала.

-- Благослови васъ Богъ, Вальтеръ, сказала она наконецъ, подходя къ нему и протягивая ему руку.

-- Благослови васъ Богъ, Мери, на вѣки вѣковъ, сказалъ онъ, обнялъ ее и поцѣловалъ нѣсколько разъ.

Это были послѣдніе поцѣлуи, и она не препятствовала ему. Наконецъ онъ оставилъ ее, дошелъ до двери и опять воротился.

-- Милая, дорогая Мери, вы поцѣлуете меня еще разъ?

-- Это будетъ послѣдній, Вальтеръ.

И она поцѣловала его какъ поцѣловала бы уѣзжающаго брата, и освободившись изъ его объятій, вышла изъ комнаты.

Несмотря на то что онъ пріѣхалъ въ Лорингъ наканунѣ вечеромъ, онъ въ этотъ же день уѣхалъ въ Лондонъ. Онъ, конечно, обѣдалъ въ клубѣ, выпилъ стаканъ вина и выкурилъ одну или двѣ сигары, хотя все это дѣлалъ съ мрачнымъ видомъ. Всѣ знали что онъ потерпѣлъ ужасную неудачу въ дѣлахъ по наслѣдству, и никто не ожидалъ отъ него веселія и любезности.

-- Клянусь, сказалъ маленькій капитанъ Будль,-- еслибъ онъ былъ моимъ начальникомъ, я повѣсился бы за него. Клянусь, повѣсился бы.

И заявленіе это заслужило сильное одобреніе въ билліардной комнатѣ военнаго клуба.

Между тѣмъ въ Лорипгѣ Мери Лоутеръ сказала себѣ что ей не слѣдуетъ принимать на себя мрачный видъ, и за обѣдомъ она сидѣла противъ тетки съ веселымъ лицомъ. Но прежде чѣмъ окончился этотъ вечеръ, она отчасти выдала себя.

-- Я теперь рѣшительно не въ состояніи читать романы, тетушка Сарра, оказала она.-- Не придумаете ли вы мнѣ какого-нибудь занятія?

Старая леди подошла къ ней и поцѣловала ее, но не дала никакого отвѣта.