И Навал пользовался многими благодеяниями; потому что Давид, пребывая с пастухами его в пустыне, не только запрещал своим брать что-либо из принадлежавшего Навалу, но и предотвращал всякий ущерб, какой угрожал от других. Это и пастухи объявили Авигее: «мужие блазибешанам зело, не возбраняху нам, ниже повелеваху нам что во вся дни, в няже бехом с ними. И сущим нам на селе, аки стена беша окрест нас, и в нощи и бо дни, по вся дни, в няже бехом с ними пасуще стада» (1Цар.25:15, 16). Таково благодеяние Давидово, а прошение было умеренное и извещающее о недостатке в необходимом. Ибо сказано: «да обрящут отроцы благодать пред очима твоима, яко в день благ приидохом: даждь, еже обрящет рука твоя отроком сына твоего Давида» (1Цар.25:8). Чем слова сии отличны от произносимых просящими милостыни? Но зверонравный этот человек не только ничего не дал, но присоединил осмеяние, говоря: «кто Давид и кто сын Иессеов?Днесь умножени суть раби отходяще кийждо от лица господина своего» (1Цар.25:10). Поэтому Давид, вспомня те благодеяния, и выслушав сии оскорбительные слова, пошел вооруженный. Ибо разсуждал, что Саул имел еще повод к обидам – и власть и зависть по причине царства назначенного Давиду, а Навал, не имея никакого повода к высокомерию, злословил его самыми оскорбительными словами.