Тогда Сарре надлежало родить Исаака. По этому, чтобы о семени Авраамовом не было подозрения, Божественное Писание сказало там ясно, что Авимелех «не прикоснуся ея». Но из того и другого места можно видеть, как природа научила самых варваров, что прелюбодеяние есть худое и достойное наказания дело. Это выразил и Фараон, укорив Авраама, и Авимелех, сказал Богу всяческих: «Господи, язык неведущий и праведен yбиеши ли? Не сам ли ми рече: сестра ми есть? И сия ми рече: брат ми есть? чистым сердцем и в правде рук сотворих сие» (Быт.20:4–5). Писатель приводит и Божий ответ. Ибо говорит: «рече же Авимелеху Бог во сне: и Аз познах, яко чистым сердцем сотворил ecи сие, и пощадех тя, прикоснуться ей,да не согрешшиши ко Мне: сего ради не пoпуcтих ти коснутися ея. Ныне же отдаждь жену мужу, яко пророк есть, и помолится о тебе, и спасешься ты и весь дом твой: аще же не отдаси, веждь, яко умреши ты» (Быт.20:6–7). Научает же сим нас божественное слово, что Бог любителям правды не попускает согрешить по неведению. Поэтому явно, что воспрепятствовал согрешить и Фараону, как по закону брака взявшему себе Авраамову сестру. Поскольку же Авимелех, как вероятно, был лучше Фараона; то Фараона удержал Бог от беззакония вразумлением, а Авимелеху не дал Сам прощения за обиду и преступление, но ожидал, когда попросит ему оное обиженный, и сподобил его Своего кроткого явления, и в снисходительных словах показал, на какое он отваживался беззаконие.«Рече же Авимелех Аврааму: что умыслив сотворил eси сие? Рече же Авраам: рекох бо: негли несть благочестия на месте сем, и убиют мя жены ради моея. Ибо истинно сестра ми есть по отцу, а не по матери» (Быт.20:10–12). Она действительно мне сестра; потому что дочь отца моего, впрочем, не дочь матери моей.