Нужно вникать в намерение каждого дела. Так рассуждая, найдем, что Патриарх Иаков, обручившись с одной Рахилью, против воли вступил в союз с Лией. Почему, вскоре узнав обман, и огорчился и жаловался на тестя. Валлу же взял в жену не по сластолюбию, но в утешение супруги. Ибо, когда Рахиль печалилась о бесчадии, и неразумно говорила: «даждь ми чада, аще же ни, умру аз» (Быт.30:1); Патриарх благочестно укорил ее, и указал на Творца природы, вразумив, что не брак производит детей, но дает их Бог, установитель брака. Ибо сказал ей: «еда вместо Бога аз есмь, Иже лиши тя плода утробнаго» (Быт.30:2)? Но вместе, утешая ее, согласился на просьбу; просила же она взять в жену ее рабу, чтобы своим детищем наименовать рожденное рабою. Тоже было и в рассуждении Зелфы; потому что Лия, также перестав рождать, упрашивала его дать ей плод от этой нивы. А сие нимало не дает видеть в Патриархе сластолюбия, показывает же кротость Иакова, и то, как старался он угождать женам. Сверх сего нужно принять во внимание, что никакой закон не возбранял тогда многоженства, и весьма счастливыми почитали соделавшихся отцами многих чад. И что сие истинно, свидетельствуют Божественные обетования. Ибо Аврааму Бог всяческих изрек: «воззри на небо, и изочти звезды, аще возможеши исчести я..., и присовокупил: тако будет семя твое»(Быт.15:5). И еще: «соделаю семя твое..., яко песок вскрай моря», «иже не изочтется от множества» (Быт.22:17; Быт.32:12). Но Бог не даль бы сего обетования, если бы не признавал, что многочадие есть великое благо.