В России на государственном уровне используется устаревшая, неэффективная и негуманная система помощи людям с ментальными нарушениями. Человека, который не может самостоятельно жить среди людей и о котором некому заботиться, запирают в специальное заведение – "психоневрологический интернат" (сейчас ПНИ называют социальными домами, но суть от этого не меняется).
В этих заведениях быт устроен примерно, как в больнице и до некоторой степени – как в тюрьме: всё по расписанию, свободный выход для немногих, никакого личного пространства, а в случае, если человек в силу диагноза неспособен управлять собой, его могут и к кровати привязать, и обкалывать лекарствами до состояния потери сознания. Питание – казённое, фактически "ешь что дают". Бóльшая часть пенсий и пособий, положенных подопечным ПНИ как гражданам России и жителям своих городов получает интернат, а директор числится официальным опекуном.
В этих заведениях быт устроен примерно, как в больнице и до некоторой степени – как в тюрьме: всё по расписанию, свободный выход для немногих, никакого личного пространства, а в случае, если человек в силу диагноза неспособен управлять собой, его могут и к кровати привязать, и обкалывать лекарствами до состояния потери сознания. Питание – казённое, фактически "ешь что дают". Бóльшая часть пенсий и пособий, положенных подопечным ПНИ как гражданам России и жителям своих городов получает интернат, а директор числится официальным опекуном.
Разумеется, в ПНИ страшная нехватка персонала и много грубости: когда у одной нянечки или санитара два десятка подопечных, зачастую не умеющих говорить и вообще неадекватных с точки зрения социальной нормы, сложно применять индивидуальных подход, мягкие способы убеждения, сложно обойтись без насилия или создавать для каждого подходящие именно ему условия.
И человек, попавший в эту систему, почти без вариантов становится её обитателем навсегда. Потому что он моментально теряет или просто никогда не приобретает навык жизни вне стен ПНИ. Как ребёнок из детского дома он может не знать, что бывает несладкий чай, потому что с кухни всегда приносили уже с сахаром. Усилия ПНИ не направлены на социализацию подопечных, а по большому счёту лишь на то, чтобы с ними не было много хлопот.
Есть другие подходы и именно их пытается продвигать РБООИ "Изумрудный город" и другие общественные организации. Это называется "сопровождаемое проживание".
В этом случае подопечные живут не в огромном общем корпусе по несколько человек в палате, а в обычной квартире. Под руководством педагогов и тренеров они сами учатся самым элементарным вещами: обслуживать себя в быту, готовить, ходить в магазин, прибираться, а главное – жить среди людей.
Собственно, у "Изумрудного города" помимо сопровождаемого проживания для людей с ментальными особенностями есть и мастерские, где они могут работать и зарабатывать, есть проект трудоустройства курьером и работа в типографии – то есть реальный шанс обрести максимальную самостоятельность.
Цель проекта – в максимально возможной степени обучить людей с ментальными нарушениями жизни среди людей, обеспечить им достойное существование, в котором есть безопасность, свобода и покой. Научить отличать свои вещи от чужих и спрашивать разрешения. Зарабатывать деньги и пользоваться деньгами, и делать это разумно. Научить вообще коммуникации с людьми – потому что в ПНИ этому не очень учат, там вместо этого есть начальство и правила. Научить заботиться о чистоте, о собственном питании и внешнем виде, в случае если это возможно – научить работать или заниматься творчеством.
Просто чтобы люди жили как люди и учились жить как люди – максимально сами.
Однако подобная практика стоит денег, и государство предпочитает спонсировать систему ПНИ. Не потому, что она дешевле, а потому что она понятнее и привычнее.
И поэтому, чтобы обеспечить хоть кому-то из людей, кому не повезло родиться нормотипичным, безопасность, покой и свободу, мы обращаемся к вам. Изумрудному городу в этом году не повезло – они не получили грантов, и часть проектов под угрозой закрытия.
То есть люди, кто уже пожил как люди, могут вернуться в казенные дома.
Деньги, которые мы собираем здесь, мы используем для оплаты труда тех людей, которые в ежедневном (и еженощном) режиме обучают обитателей квартиры сопровождаемого проживания – это непростой и постоянный труд, и им нельзя заниматься в свободное время, фактически вместо отдыха или в качестве хобби.
