Предваряя книгу
Книги, которую держит в руках читатель, по крайней мере вот этого первого тома, не должно было быть. Или не могло быть. Так, во всяком случае, казалось еще в начале 2000-х годов. Существовал и был издан лосевский перевод трех трактатов Николая Кузанского, маленькая статейка о Николае Кузанском в «Большой советской энциклопедии» и главка в «Эстетике Возрождения» — и всё. Известно было, что Алексей Федорович Лосев на исходе 1920-х годов Кузанцем занимался, что накануне ареста в 1930 году сдал в печать свой труд «Николай Кузанский и средневековая диалектика», но сочинение «врага народа» безвозвратно исчезло в тверской типографии. Так что это только мечты, что «рукописи не горят»... Поэтому обнаружение десятка страниц о Николае Кузанском уже представлялось замечательной находкой. Аза Алибековна Тахо-Годи и Виктор Петрович Троицкий их так и назвали в память утраченной книги — «Николай Кузанский и средневековая диалектика», публикуя в 2003 году в качестве приложения к нашей коллективной монографии «А. Ф. Лосев — философ и писатель». Все мы трое считали, что больше к истории об А. Ф. Лосеве и Кузанском добавить нечего.
Вероятно, эта история и не имела бы продолжения, если бы не моя немецкая знакомая, профессор славистики Трирского университета Хенрике Шталь. В круг ее интересов всегда входила не только русская литература — от Андрея Белого до современной поэзии, но и философия Николая Кузанского (недаром ныне она научный руководитель Научно-исследовательского центра при Академии Кузанского в Бернкастель-Кузе «Gemeinsame Wissenschaftliche Einrichtung der Universitäten von Mainz, Oldenburg und Trier an der Kueser Akademie für Europäische Geistesgeschichte»). «Замечательная находка, — говорила Хенрике и тут же спрашивала: — А может быть, найдется еще что-нибудь? Должно найтись!» Я отрицала эту возможность, но, действительно, материалы о Николае Кузанском вдруг стали постепенно всплывать, в том числе благодаря В. П. Троицкому, помогавшему вычленять их из огромного массива лосевского архива. К 2013 году я считала, что найдено всё, что возможно, и что моя работа завершена. И как раз тут Виктор Петрович нашел новую папку с текстами о Николае Кузанском — по правде сказать, к моему ужасу, а вовсе не к исследовательскому восторгу. Издание книги откладывалось на неопределенное время, необходимо было отказываться от уже согласованного издательского договора и всё начинать сначала. Но главное, что пугало, — само содержание папки: заглянув в нее, я обнаружила ворох совершенно непонятно по какому принципу сложенных непронумерованных страниц — машинописных и рукописных. Увидев мое выражение лица, Виктор Петрович иронически усмехнулся: «Что ж, есть над чем потрудиться». И действительно, это была самая трудоемкая часть работы, но и самая интересная с научной точки зрения — ведь это были никому неведомые, пусть и фрагментарно сохранившиеся лосевские тексты конца 1920-х годов о Николае Кузанском и средневековой философии. Но я забегаю вперед.
А тогда, в начале 2000-х, если бы не настойчивость Хенрике Шталь, я бы вообще заниматься темой «Николай Кузанский и А. Ф. Лосев» ни за что не стала — я же специалист по русской литературе XIX-ХХ веков, филолог, а тут западная философия, средневековое богословие. Но, с другой стороны, к разбору рукописей и к подготовке их к печати филология имеет самое прямое отношение. И вот по приглашению Хенрике Шталь и ее супруга, профессора Харальда Шветцера, философа, специалиста по Николаю Кузанскому, я еду в 2006 году в Трир с докладом об А. Ф. Лосеве и Николае Кузанском. Архивных материалов у меня пока немного — лосевский «План издания классиков по диалектике из античной и средневековой философии» да три письма об издании однотомника немецкого мыслителя в 1937 году. Пытаюсь реконструировать отношение к Николаю Кузанскому по другим лосевским текстам, а сама себе дивлюсь, как решаюсь выступать перед профессиональными философами в Институте Кузанского в Трире. Благодаря этому попадаю в чудесный немецкий городок — Бернкастель-Куз, где родился Николай Кузанский, вхожу в его дом. А потом пишу статьи, делаю публикации, готовлю доклад для конференции о Николае Кузанском на философском факультете Санкт-Петербургского университета, для конференции в Бернкастель-Кузе и создаваемой там Академии Николая Кузанского — Kueser Akademie für Europäische Geistesgeschichte. Но, конечно, мне легче уговаривать писать на эту тему других или снабжать их найденными материалами — так появляются статьи об А. Ф. Лосеве и Николае Кузанском Хенрике Шталь, болгарского философа, профессора Софийского университета Георгия Каприева, а затем и профессора теологии Университета св. Бонавентуры в Нью-Йорке Олега Викторовича Бычкова.
Такова десятилетняя предыстория становления этой книги. И теперь, когда она готова, я не удивлюсь, если вдруг через несколько лет кто-нибудь, к примеру, найдет в тверских архивах лосевскую книгу 1930 года о Кузанце. Видимо, все-таки в небесной канцелярии знают, каким рукописям лучше сгореть, а каким — остаться.
Хочу воспользоваться случаем и еще раз поблагодарить тех, кто содействовал моей работе и тому, чтобы издание это состоялось.
Хенрике Шталь, без чьей энергичной моральной поддержки я никогда не взялась бы за этот труд.
О. В. Бычкова за постоянную помощь при реконструкции лосевских текстов, в первую очередь наиболее фрагментарного — «<Об историческом контексте трактата Николая Кузанского “О Неином”>».
Профессора кафедры древних языков и древнехристианской письменности богословского факультета Православного Свято-Тихоновского гуманитарного университета Ю. А. Шичалина, профессора школы культурологии Факультета гуманитарных наук А. Л. Доброхотова НИУ «Высшая школа экономики» и доцента Школы философии факультета гуманитарных наук НИУ «Высшая школа экономики» П. В. Резвых за ряд консультаций, а также всех, кто — так или иначе — содействовал появлению этой книги в свет.
Сердечно благодарю О. Е. Лебедеву, вдову В. В. Бибихина, за разрешение воспроизвести в книге целый ряд его примечаний к лосевским переводам.
Сотрудников Библиотеки истории русской философии и культуры «Дом А. Ф. Лосева» — В. П. Троицкого, О. И. Козлову и Е. Б. Виноградову, чьи фотографии использованы при оформлении книги.
Отдельно помяну безвременно погибшего весной 2016 года горячего поклонника лосевского творчества журналиста Сергея Герасимова, по чьей инициативе двухтомник в 2015 году попал именно в «Издательский Дом ЯСК», где я встретила вдумчивое и серьезное отношение к книге у И. Полосухиной, С. А. Жигалкина и А. Д. Кошелева.
Журнал «Вопросы философии» в лице главного редактора Б. И. Пружинина и научного редактора Т. А. Уманской, публиковавших мои материалы об А. Ф. Лосеве и Николае Кузанском.
И конечно, особая благодарность Российскому гуманитарному научному фонду — ведь работа не только над издательским грантом, но и над отдельными частями этой книги велась в рамках поддержанных фондом исследовательских проектов.
Что можно еще сказать? Разве что: feci quod potui, faciant meliora potentes...
