Вызывали царевича Дмитрия,

Так называемого Самозванца.

Спрашивали — чей он сын.

Он ответил — «мое личное дело».

Ему возразили — «нет, не личное, нет!»

Тогда он честно и просто признался:

«Не знаю!

— Я не сын и не сон,

Я — салют в небосклон.

Моим прахом стреляли в закат

Прямо в низкое красное солнце.

Мелким темным снежком,

Детской горсткою конфетти

Я на солнце упал

И кричал — не свети!

Не свети, люди злы!

Но оно полыхнув

Озлатило мой ум

(Бестелесный мой ум)

И тогда я простил.

Но не сон и не сын,

А лучом я прошелся косым

По весёлой Руси

И венец у нее попросил».