Спускаться в погреба,

снижаться в подземелья

сквозь лоно темное

потасканной земли,

до золотых глазниц,

до огненных кореньев,

гудящих, как метель —

куда и гномы не могли

и эльфы не дошли.

Я знаю — прадеды мои

Давид и Авраам

(я вниз иду по их следам)

назад, оглядываясь, шли

и знаки оставляли по стенам.

Сквозь золото бежать,

толкать его руками —

вот путь, которым шел

Исус во ад за нами.

Пусть Он спускался здесь,

но вышел Он не вверх,

а, твердо грешников ведя,

Он вышел в ледяной орех.

Там в семядоле золотой,

в живородящей сердцевине

есть дверь, и хлопнула она

и прикипела, но отныне

она откроется всегда,

когда ты сердце,

да, сердце бедное свое

руками злыми

поднимешь: врезано в него

навек иглою Тайноимя.