Когда Спасителя в пещеру положили,

День cерый занялся и тучи, нависая,

Шар обернули земный

В саван.

Птицы не служили,

Вздыхали судорожно бедные ягнята,

А люди сонно жили,

Виновато.

Да, никому на свете не жилось —

В день смерти Бога

Сгнило всё

Насквозь.

А крест покинутый

Чернел, как бы сожжённый,

Уже не помня, где его срубили, где пилили,

А кипарисный пень-отец по сыне тосковал,

Раскинув лапы и глубоко в землю вгрызшись.

А крест был ближе всех,

И он поддерживал страдающего Бога —

Сын-кипарис, Бог Сын, они слились

Божественным он прокалён огнём

Кровь Бога светлая на нём.

Он помнит Его прикосновенье

И тяжесть Бога,

А Бог — его шершавую древесность,

И жалость деревянную, и нежность.

И ночью видели — взошла луна

Она была крестом разделена.

Четыре красные куска,

Была разрезана она.

Когда случилось Воскресенье —

Крест вздрогнул и вспотел огнём,

И вдруг воскрес,

И вот он снова кипарис

В саду небес.