Руки его — как ослепшие птицы,

что надежду навек потеряли,

и, покуда другие — в безвестные дали

к розовым вёснам летали,

они опускались на выступы, шпицы,

на липы у старой границы.

На лице его — стыд и страданье

невесты, — когда, уступая греху,

покрывал темно-алые ткани

готовит она жениху.

И в глазах его, полных огня,

блеск первозданного дня,-

но над всем высоко воспарил

порыв его крыл…

Перевод А. Биска