…Когда ты меня спрашивала об известной девице, то о матери ея не написала мне ни слова, что тоже просится к тебе, между тем если бы прежде написала мне то, что пишешь теперь, то дело было бы яснее. Впрочем, я не зная еще всех обстоятельств, я тебе писал, чтобы с этою девицею поговорить сперва в церкви, чтобы узнать ея и весь смысл моих писем более клонился к тому, чтобы ея в келлию не принимать. Теперь же, так как обнаружилась путаница от матери, оказывается, что тебе не следует принимать к себе ни матери, ни дочери; если же мать будет наговаривать на тебя м. игуменьи, то нужно тебе это потерпеть: пусть будет, что будет и что Бог даст. Пишешь, что тебе жаль самую девицу, потому что она «жаждет спасения» но со спорливым характером едва ли можно ожидать, чтобы был толк. В духовной жизни нет ничего хуже и вреднее спорливости. На время она иногда и притаивается, а после опять обнаруживается в прежней силе; а если дело затянется, то после труднее бывает развязаться. Пусть эта девица читает авву Дорофея; и если желает, то, как учит этот преподобный и богоносный отец, того пусть и держится.