(Письма № 106–132 включительно адресованы семейным особам (1860–1862 годы))

Напрасно вы приняли к сердцу мои замечания. Я написал просто, что находил нужным высказать. Неудовольствия тут никакого не было ни на волос. Неправильно вам советовали, чтобы наставнику писать под влиянием чувства действующего. Иное дело с другими людьми; а наставнику должно описывать действия обсужденные, особенно ошибки свои: или действия гнева, или вообще движения ветхого человека и оскорбления самолюбия. Знайте, что характеры имеют значение только на суде человеческом, и потому или похваляются, или порицаются; но на суде Божием характеры, как природные свойства, ни одобряются, ни порицаются. Господь взирает на благое намерение и понуждение к добру и ценит сопротивление страстям, хотя бы человек иногда от немощи и побеждался чем. И опять судит нерадение о сем Един, ведый тайная сердца и совесть человека, и естественную его силу к добру, и окружающие его обстоятельства. Прочтите в «Лествице» слово 26 (отд. 28) и в книге аввы Дорофея поучение 10 (с. 126–127).