Евхаристическая экклезиология содержит православное решение проблемы власти471. В ее свете текстМф.13:18вовсе не означает какого-либо назначения апостола Петра в качествеprimat, главы, вселенской Церкви с юридической властью над всем Телом – епископом епископов. Более того, можно сказать – и это является самым важным, – что в добавление к апостольскому достоинству свидетеля Господь поставляет Петра в качестве первого епископа при полном подтверждении принятия Духа (Ин.13:22). Невозможно никакое смешение между понятиями “апостол” и “епископ”. Апостол – странник по природе, он “повсюду”. Епископ же имеет свою кафедру, которая является пределом его юрисдикции. Ситуация с апостолами уникальна, т. к. она сочетает свидетельство о Воскресшем, апостольство как призыв, обращенный непосредственно от Господа, и епископскую функцию как сакраментальную и пастырскую власть. Лишь эта последняя передается епископам и оправдывает термин, но в данном ограниченном смысле: епископ, преемник апостолов. Каждый епископ всегда является епископом местной общины. СогласноЕф.1:22–23, Христос – это “глава Церкви, Которая есть тело Его, полнота Наполняющего все во всем”. Та же идея единственной главы выражена вКол.1(также в1Кор.1:11), что исключает всякую идею викариата: “Я с вами во все дни до скончания века” (Мф.13:20). Предание никогда не знало никакой вселенской юрисдикции. Текст ЕвангелияМф.13:17–19передает обещание создания Церкви, которая еще не существовала вне Христа. Если Тайная вечеря предвосхищает учреждение Церкви (до креста и воскресения), то ее основание произойдет в день Пятидесятницы, и совершенно точно –в момент первой евхаристии апостолов. Таким образом, поместная Иерусалимская Церковь является первым учрежденным территориальнымместопребыванием, которое завершает время воплощения и открываетвремя Церкви. Само событие будет реализовано позднее в других местах. Пока апостол Петр естьпервыйепископ, совершающийпервуютрапезу Господню; в этом смысле он “камень”, “скала”, евхаристическое основание, которое будет сохраняться до Второго пришествия. Без Трапезы и без власти ее совершать, без этого вечного “камня”, Церкви не существует.

Апостольство как личное достоинство очевидцев воскресения не воспроизводится. Но время апостольской деятельности, время “Деяний святых апостолов” уже является временем Церкви после Пятидесятницы, оно предполагает преемственность епископов, которые “занимают место Бога”472, когда возглавляют евхаристические собрания. Здесь следует подчеркнуть суть православного учения: вовсе не тот или иной человек и не его личная власть является носителем преемственности, аЦерковь. В катакомбах Сан-Каллисто (II век) есть фреска, изображающая евхаристический треножник; при этом мужчина простирает свою руку над хлебом, а женщина стоит в позе “оранты”. Это точный образ Церкви – царственно-священническое поклонение всех, от которых епископ выдвинут и выделен посвящением, дабы предлагать жертву, знаменуя присутствие Божие перед Его народом, а также возглавляя и направляя исполнение священнических функций всеми. Это два образа участия в том же самом священстве Христа, единственного Священника, и они взаимозависимы. Тот факт, что епископ не может совершать литургию один, без народа, показывает, что Церковь-это епископ и народ, и именно от этой богочеловеческой полноты тела исходит епископская власть; она не личная, а функциональная, действующая от лица Церкви, отtotus Christus. Это совсем не “коллективизм”, т. к. власть исходит от Бога, но от Бога, действующего в Своем Теле, так что природа этой власти богочеловечна. Епископ, являющийся лишь носителем титула, без пастырских функций и без назначения на действующую кафедру, не может рукополагать и не может полностью осуществлять свою епископскую власть. Епископ, запрещенный в служении, не имеет никакого права исполнять священнические функции; таинство, совершаемое им, является недействительным и не имеет никакой силы освящающей благодати, т. к. он отрезан от источника, от которого исходит его власть и харизматическим инструментом которого он является. Только одна богочеловеческая сила Церкви действует здесь, и вне Церкви не может быть таинства.

Христос основывает Церковь на апостоле Петре как на первом епископе, возглавляющем трапезу Господню, что является первым проявлением вселенского основания апостольского епископства. Вследствие этого всякий епископ Иерусалима, Александрии, Антиохии, Константинополя и любой епархии является прямым преемником апостола Петра и апостольской власти в совершении евхаристии. Так было в случае святого Киприана, который считался в Карфагене прямым преемникомcathedra Petri(кафедры Петра)473. В силу этого епископ определяется прежде всего как тот, кто имеет власть совершать евхаристию.

Апостольская Церковь изобилует дарами, но все они направлены к тому, чтобы открыть доступ к братскому общению. Именно это “единое на потребу”, Царствие Божие, должно являть полноту и подлинность и быть печатью Церкви. Следовало удалить из нее всякий сомнительный и неясный элемент и придать невидимому соответствующую ему форму, сберегая его, помещая событие в рамки учреждения. Можно видеть из истории, что евхаристия непосредственно переходит в руки епископов. Канонически правильно поставленный епископ выступает в качестве видимого знака,свидетеля, удостоверяющегоистинность таинства: “Только евхаристия, совершаемая епископом, действительна, без него нельзя ни крестить, ни причащать”474. Каждое таинство действенно только при наличии связи с евхаристией, совершаемой в Церкви епископом. Жизненная необходимость питаться Хлебом Жизни предполагает наличие священства;священство включенов установление евхаристии Господом: “сиетворитев Мое воспоминание”. Именно от дуновения Духа и от участия в трапезе Господней происходит епископская власть Петра, каждого апостола и их преемников – епископов. Она служит евхаристии, и она дана для удостоверения ее подлинности в день Пятидесятницы и во все “Дни Господни”. В своем Большом катехизисе митр. Филарет подчеркивает сакраментальность епископской власти:

Что значит править? – Наставлять людей в вере. Чем отличаются степени иерархии? – Диакон прислуживает при совершении таинств. Священник их совершает. Епископ же в добавление к этому имеет власть передавать другим через возложение рук дар совершения таинств и священнодействий.

Если, по словам святого Иринея, “учение соответствует евхаристии”, если оно находит в евхаристии свое подтверждение, то также всякая священническая власть находится в зависимости от евхаристии. У святого Игнатия евхаристическая концепция епископата уже очень ясно выражена: “одна чаша, один алтарь, как и один епископ”475.

Апостолы обеспечивают передачу учения и его непрерывность, но, главным образом и прежде всего, они обеспечивают непрерывность жизни в благодати. Вот почему единство апостольского учения,общение и преломление хлебавыступают в качестве отличительного признака, или “знака”, Церкви Божьей в Иерусалиме (Деян.1:42).