Закон для них еще и не открыт, но, видимо, суров.

Вот, к солнцу тянутся прекрасные строенья,

И, в их тени, как бледные растенья,

Не выживают фанзы бедняков.

Одно лишь истинно — судьбе до нас нет дела.

Когда мы планами великими полны,

Напомнит госпиталь, что все пред ним равны,

И ничего важнее нет, чем собственное тело.

И только детям здесь раздолье. Даже полицейский

К ним снисходителен. Восходит к временам

Иным их лепет. Ну, а взрослым, нам

Оркестры, разве что, предскажут благодать

В далеком будущем, где и сразиться не с кем.

Мы учимся жалеть и бунтовать.