РЫБАКИ АЛЬКОШЕТТЕ, БОГОТИЛЬОС, МАЛЬТРОПИЛЬО, МАНДЖИАКАВАЛЛО,

у этого последнего, очень волосатого и черноволосого, вид особенно тупой. На заднем плане мальчик Шарль Феликс с удочкой в руках.

АЛЬКОШЕТТЕ(окунает свой палец в море и сосредоточенно сосет его) Сладко!

БОГОТИЛЬОС(Зачерпнув в одну руку пригоршню воды, переливает ее в другую, затем с силой трет обе руки, вдыхая запах.) Ежели это вам не глоток виноградного, пущай меня занесут в дополнительный список Налоговой инспекции.

МАЛЬТРОПИЛЬО(Он зачерпывает чашкой морской воды и, выпучив глаза, ополаскивает ею нёбо, а потом сплевывает, как это делают дегустаторы вин.)

Щас я вам скажу точно, ежели это на что похоже, так на мальвазию, эту мальвазию мне как–то ввечеру давал пробовать сторож монастыря.

АЛЬКОШЕТТЕНу, попробуй же, Манджиакавалло.

МАНДЖИАКАВАЛЛО(неуверенно, но в то же время уже наклонился) Вы хотите меня принудить.

БОГОТИЛЬОС(засовывая его голову в море) Да будешь ты пробовать наконец, артист!

МАНДЖИАКАВАЛЛО(с него стекает вода, чихает) Аа–пчхи! Фрр! Ппш!

МАЛЬТРОПИЛЬОЧегой–то не пойму, этось сухое или розо?

МАНДЖИАКАВАЛЛОИдиоты несчастные! Никогда в жизни не пробовал ничего солонее этого! Вот уж точно винные склады именно здесь!

АЛЬКОШЕТТЕПотише там! Наш Шарль Феликс на что–то уже напал.МАНДЖИАКАВАЛЛОДодумались тоже — заставлять шарить в морских глубинах десятилетнего мальчугана!

АЛЬКОШЕТТЕДа ты–то чего сам можешь почувствовать своими лапищами, толще акульих? Ты, небось, головешки горячие даже если возьмешь, и то не обожжешься.

БОГОТИЛЬОСЭто дельце тонкое, скажу я вам! Да, эта вот веревка, друзья мои, сделана из манильской пеньки, она потоньше нерва будет! И изгибается, что уж! Часики, туфельку, подставку под блюдо, все найдет в глубине морской.

Но чтобы воспользоваться ей, нужно тельце нежное, ручки свеженькие, как лепесток розы. Смотри мне, поросеночек!

МАЛЬТРОПИЛЬОЭто все чепуха, но кто, скажите мне, придумал прицепить на удило руку?

МАНДЖИАКАВАЛЛОКакую руку?

МАЛЬТРОПИЛЬОГляньте–ка на него — и ничего он не знает! Ничего не видит! Никуда не смотрит!

Ты чего, чурбан ты этакий, не видел, штоль, руку на конце веревки?

МАНДЖИАКАВАЛЛОНу видел нечто вроде желтого кончика.

МАЛЬТРОПИЛЬО“Нечто вроде желтого кончика”, это рука Левия, ювелира, ну повесили которого в прошлом месяце за то, что делал фальшивую деньгу как настоящую!

Мне ее честь по чести продал сам палач за полтора фунта свежей рыбы, уж давно хотелось приобресть руку эту.

Рука ростовщика охотится сама по себе. Где есть золото–серебро, так намертво цепляется прямо к ней. Такая за кошельком прямо в карман залезет.

Ежели чего есть на дне моря, рука Левия вам это точно достанет.

АЛЬКОШЕТТЕРаз мы ищем вино, тебе бы лучше было подвесить на конец веревки не руку ювелира, а нос пьяницы.

МАЛЬТРОПИЛЬОДля этого и мой сойдет. Всем известно, что море в этих местах какого–то чудного цвета.

Как будто оно, как говорится, перебродило.

И третьего дня, когда Боготильос притащил мне ушат с водицей, набранной в этом самом месте,

Вкус у нее был точь–в–точь, по–другому не скажешь, как вино с Канарии, что пьют в Греции.

МАНДЖИАКАВАЛЛОИ точь–в–точь как соленая вода, когда она соленая.

БОГОТИЛЬОСА ты здесь не для того, чтобы рассуждать. Тебе платят, чтобы грести, вот и греби. Надо будет, тебя спросят.

Всем известно, что где–то здесь есть винный источник, эдакий откупоренный бочонок.

МАЛЬТРОПИЛЬОЧего в этом удивительного, винный источник, находят же масляные источники по всей Бразилии.

Там и огонь горит поверху.

АЛЬКОШЕТТЕА не здесь ли как раз Малькальзадо нашел Ледяную Тетку?

МАНДЖИАКАВАЛЛОЭто кто такой, Малькальзадо?

МАЛЬТРОПИЛЬОСразу видать, что ты нездешний, сардина ты из Сардинии!

Все здесь знали Малькальзадо, высокого малого, такого всего смуглявого, у которого вечно штаны спадали и к тому же была жена, что его изрядно поколачивала,

У него всегда был такой вид, будто он откровенно хохочет, рожа растянута до ушей, словно он хотел зубами подцепить свои штаны, чтоб не потерять.

Как–то раз спустился он, значит, чтобы высвободить зацепившийся якорь, и вдруг оказался на палубе старинного корабля, когда–то давно потонувшего,

И пока он тама копошился, то вдруг почувствовал, это, почувствовал, словно он крепко так обнимает Ледяную Тетку,

Здоровенный труп голой женщины, такой же твердой, как камень.

С тех пор бедолага только то и делает, что ищет ее, совсем она ему мозги свихнула.

БОГОТИЛЬОСВсе было вот в этом самом месте.

АЛЬКОШЕТТЕА мне он рассказывал, что это была вовсе не женщина, а что–то вроде огромного кувшина или горшка, такого большого, что и в руках не удержать.

И горшок этот ходуном ходил и бурлил, словно живот ведьмы!

БОГОТИЛЬОС(указывая на приближающееся к ним судно) Внимание! Прикиньтесь, что вы делаете совсем другое! Сюда приближаются! Постарайтесь все сделать вид, как будто вы не делаете вид.

В глубине сцены за легкой занавеской появляется корабль дона Родриго, идущий под одним кливером.

Между двумя мачтами натянуты канаты, на которых подвешены рядами картинки большого размера, грубо нарисованные и раскрашенные.

МАЛЬТРОПИЛЬОЭто корабль дона Родриго.

АЛЬКОШЕТТЕО–ля–ля! Он выставил на свежий воздух всю свою лавчонку картинок! Все святые из Рая там! Глядите–ка, какой он установил фальшборт! На рыбацком баркасе, что возвращается после трехдневной ловли, и то столько парусов и снастей на просушку не вывешивают.

БОГОТИЛЬОССейчас самое времечко для коммерции. Флотилия, которая возвращается из Америки с золотом и серебром из Перу, как раз подошла. А флотилия Хуана Австрийского, что должна отправляться на драку с турками,

Еще тоже здесь, скоро отплывает. И караван судов, который собрали для подкрепления нашей Армады против Англии, тоже, однако, еще здесь. И Король со всем двором тоже здесь,

Финансы, дипломатия, суды и все прочее.

Вся Испания здесь и вытанцовывает на красивеньком море. Люди, в конце концов, заметили, что живется лучше всего на воде.

Ну и конечно, друзья мои, рыбаки тут в самый раз! Лодки для провизии, лодки для слуг, для актеров, для шутов, для жандармов и целый корабль для священников, чтобы читать мессу под колокольный звон!

Со всех сторон виднеются лишь черные точки, словно мухи на клейкой бумаге!

МАЛЬТРОПИЛЬООсобенно захватывающе все выглядит ночью, со всеми этими зажженными огнями,

Со вспышками, с пылающими и искрящимися печами кухонь,

Перекликанием с борта на борт, с танцами и оркестрами, пушечными выстрелами, женскими и мужскими голосами, словно поющими в унисон, нет, что ни говори, не каждый день такое можно увидеть,

А то вот еще длинный красивый траурный кортеж на море, как давеча для господина Адмирала,

Весь величайший испанский Рамадан на море,

А море, скажу я вам, как своего рода гигантский оркестр, что невозможно заставить замолчать из глубины, он, без передыху, тихо так бормочет мелодию, отбивает такт и сам же танцует!

Никто больше не помышляет вернуться на сушу, и если есть в чем надобность, корабли просто–напросто отправляются на Майорку.

Пока они говорят, иллюзорный оркестр объясняет их слова.

АЛЬКОШЕТТЕЕсли бы я был королем Испании, меня бы коробило видеть, как посреди всего этого великолепия прогуливается одноногий дон Родриго.

БОГОТИЛЬОСНе вина Короля Испании, если у него не хватает одной ноги.

АЛЬКОШЕТТЕНу не скажи, он все–таки десять лет был Вице–королем Индий, потом попал в немилость и его отправили на Филиппины, и там, сражаясь с японцами, он и попался в плен.

А теперь ему приходится продавать картинки из Календаря[58]Святых бедным рыбакам, чтобы прокормиться.

БОГОТИЛЬОСМоре — лучшее место для всех обломков. Король Испании не обязан интересоваться судьбой всех тех, что оканчивают здесь свое плавание в мутных водах.

АЛЬКОШЕТТЕНо этот–то нахально плавает прямо у него под носом, такой же гордый, как трехпалубное судно.

БОГОТИЛЬОСЛично меня на его месте, наоборот, забавляло бы показать всем этим раззолоченным придворным с напускными завитушками, что может статься с человеком, к которому я утратил свой интерес.

МАЛЬТРОПИЛЬОНо как раз больше похоже на то, что скорее Родриго утратил интерес к королю Испании! Надо видеть, с каким видом Родриго устраивается на своей деревяшке, как он стучит по палубе корабля,

Резко, жестко, смотрите, это я!

Словно говорит тем, кто бы чего возразил, что им нечего больше сказать, кроме как помалкивать! А сам–то как взгромоздился на деревяшку, чтобы высказаться!

БОГОТИЛЬОСЯ думаю, что все это плохо кончится для него.

АЛЬКОШЕТТЕПока же все покупают у него картинки святых. Их всегда не хватает. Только их и можно видеть на всех стенах Балеарских островов, вплоть до алжирской каторги. Отцы Ордена Богоматери Милосердия[59]пачками отправляют их несчастным узникам.

МАЛЬТРОПИЛЬОСамое забавное, что он никогда даже не пробовал сам раскрасить или нарисовать картинку, он объясняет свой замысел живущему с ним вроде японцу, что ли, которого он привез из Японии, и тот рисует для него на деревянной дощечке. С помощью туши, красок и пресса можно отпечатать сколько хочешь картинок.

БОГОТИЛЬОСПрошлого дня он подарил мне раскрасивого такого Сантьяго! Изобразил как раз в тот момент, когда он возвращается в Испанию.

У него нечто вроде черных баков, глаз нет, большой нос, точь–в–точь железный нож, он весь в наколках, как моряк до пояса, и все его тело кажется одним сплошным напряжением мускулов.

Правой ногой он упирается в нос своего корабля, колено на уровне груди,

И набрасывает на Испанию что–то вроде якорной цепи в форме спирали, что не перестает поворачиваться и разматываться в небе,

Прямехонько к видной издали колонне,

Геркулесову столбу, колу, протыкающему Испанию ровно посредине, последнему жестко заверченному болту, что всей Европе не дает сдвинуться.

МАЛЬТРОПИЛЬОА у меня есть совсем другой Сантьяго. Он по величине точнехонько охватывает расстояние между небом и землей.

Он выходит из моря, одной ногой еще по щиколотку в воде, и такой огромный, что вынужден сгорбиться, упираясь в самый свод облаков,

К тому же у него длиннющая рука, которая свисает с правого плеча, и кисть на конце руки раскачивается как крюк,

А под ней, на берегу, со своими лавками и колокольнями видится маленький городишко, весь белый, как мучной след.

АЛЬКОШЕТТЕЕсть также святой Иосиф на горе Арарат, которому предоставили Ноев ковчег. Но сам–το я купил святого Иуду, покровителя безнадежных дел.

На картине изображен вроде как перекресток в шахте, где встречаются три или четыре галереи на много миль под землей.

И человек в одиночестве, он сидит за столом, уронив голову на руки.

А из одной из галерей исходит пучок света, подобно приближающемуся фонарю.

БОГОТИЛЬОСДа и других немерено! Не успеваешь всех и разглядеть, когда оказываешься у него. Можно подумать, что кто–то подсказывает ему образы, а он их подбрасывает своему японцу, а тот всегда тут как тут возле него, вроде повара со своей разогретой сковородой, в которой уже закипело масло.

МАНДЖИАКАВАЛЛОВсе это хорошо, а непонятно, что мы будем делать с нашим огромным бочонком вина после того, как мы его поймаем.

АЛЬКОШЕТТЕНам останется только стать трактирщиками и поить всю Испанию.

БОГОТИЛЬОСА как на это все посмотрит Святая Инквизиция, а также Администрация Таможни и Государственного Управления? Я такого мнения — лучше подарить его королю Испании, и пусть их Величество сделает нас всех дворянами!

В этот момент леска резко напрягается и раскручивается

в руках Шарля Феликса.

ШАРЛЬ ФЕЛИКС

На помощь! На помощь! Я что–то поймал! Я что–то поймал!