ДОНЬЯ ОНОРНЯ, ДОН ПЕЛАЙО

Зала в замке X…

Дон Пелайо и донья Онорня, оба стоят.

Только что отзвонили колокола дневного благовеста.

Перекрестившись, садятся. День ранней осенью.

Долгая пауза.

Дон Пелайо поднимает палец, делая знак, чтобы его слушали.

Пауза.

ДОНЬЯ ОНОРИЯЭто запоздалая цикада. Сегодняшнее солнце обмануло ее. И она начинает стрекотать с прежней горячей верой. Но вскоре замечает свое одиночество. Никто не вторит ей. И тогда она замолкает, как вы заметили, diminuendo, Подобно долгой выдержке смычка,

Словно оставляя время для восстановления тишины.

ДОН ПЕЛАЙОЭто так грустно, так священно, так торжественно!

Вы понимаете, что говорит нам этот слабый голос, донья Онория, вам, и мне, и всем живым существам?

ДОНЬЯ ОНОРИЯ(как бы не слыша его, вполголоса) Пчелы жужжат прямо у самого летка.

Еще цветут розы.

ДОН ПЕЛАЙОЯ старался приехать незамеченным.

Разве что мои лошади в конюшне не ладят с вашими.

ДОНЬЯ ОНОРИЯВам не обязательно было говорить громко.

Все, кто живет в этом замке, тотчас узнали, что вы здесь.

ДОН ПЕЛАЙОСкажите уж, что меня ожидали.

ДОНЬЯ ОНОРИЯВы правы.

На этом празднике скорби было отведено место и вам.

Пауза.

ДОН ПЕЛАЙОКак у нее дела?

ДОНЬЯ ОНОРИЯПлохо.

Утром врач был довольно мрачным.

Самое серьезное — не столько удар шпагой, который пришелся ему в грудь..

Не обращайте внимания, если я плачу, это ведь, знаете ли, мой сын!

… А страшное воспаление всего организма.

Вот уже пятнадцать дней, как он не приходит в сознание. Сегодняшней ночью все решится.

ДОН ПЕЛАЙОНо я спрашивал вас о ней.

ДОНЬЯ ОНОРИЯА как могут идти дела, когда он умирает?

ДОН ПЕЛАЙОДолжен ли я это понимать так, что она сменяет вас у изголовья вашего сына?

ДОНЬЯ ОНОРИЯНет.

Она его не видела.

Она и не просила об этом.

Ее комната находится во дворе прямо напротив наших.

ДОН ПЕЛАЙОВ прежние времена мадам разместили бы немножко пониже, — Там, где находится хорошая, надежная тюрьма, которую мне показывал еще ваш отец.

ДОНЬЯ ОНОРИЯЯ должна сделать все, чтобы мой сын жил.

ДОН ПЕЛАЙОИ вы полагаете, что преступная любовь станет ему спасением?

ДОНЬЯ ОНОРИЯПока она здесь, он не может умереть.

ДОН ПЕЛАЙОНо, видимо, и выздороветь тоже.

ДОНЬЯ ОНОРИЯЯ не знаю.

Это ее имя, а не мое, он не перестает бормотать во сне. Ради встречи с ней он уехал отсюда.

Я ничуть не удивилась, когда увидела ее здесь.

ДОН ПЕЛАЙОА мне ничего не остается, как уехать?

ДОНЬЯ ОНОРИЯМожет быть, и ваш приезд тоже был нужен.

ДОН ПЕЛАЙОТем не менее предпочтительнее было бы, если бы моя лошадь споткнулась по дороге сюда и сбросила судью его Величества в один из здешних оврагов, которые просто созданы для этого.

ДОНЬЯ ОНОРИЯЕсть вещи, которые решает не случай.

ДОН ПЕЛАЙО“Родриго”, — сказала бы она. На этот раз вы, без сомнений, дали бы ей возможность приблизиться к нему? Я даже вижу, как она прикладывает руку к его лбу: “Живите! Старик умер!”

ДОНЬЯ ОНОРИЯЭта мысль ни на секунду не закрадывалась в наше сердце.

ДОН ПЕЛАЙОВы полагаете, что у меня недостаточно благородная душа,

чтобы отпустить ее, если бы это зависело только от меня и не было бы клятвопреступлением?

То, что соединил Бог, человек не может разъединить.

Пауза.

В основе брака лежит не любовь, но соглашение.

Не ребенок, которого у меня нет, не общественное благо, но соглашение, обет, данный в присутствии Бога:

До самой смерти, до последнего дыхания должно длиться это соглашение, в котором все, что два существа способны дать друг другу,

Волей или неволей,

И то, что дала она мне, я не мог бы вернуть ей, даже если бы захотел.

ДОНЬЯ ОНОРИЯОна ничего не просит, не жалуется, она мне ничего не объясняла, она молчит, и все время здесь со мной, вдалеке от мужских взглядов.

ДОН ПЕЛАЙОЭто моя вина.

Да, вы, естественно, можете сказать, что это я дурно поступил,

Женившись на ней, я, старик, на ней, такой молодой, не понимавшей, на что соглашается.

ДОНЬЯ ОНОРИЯЯ не думаю о вас.

ДОН ПЕЛАЙОА я–то думаю о ней, и мне кажется, что все слова, которые я вам говорю, одно за другим, она слышит в тишине, там, где она находится сейчас.

Я любил ее. Впервые увидев ее, я весь словно переполнился солнцем, вся моя душа в единый миг устремилась из тумана навстречу ей, подобно волшебному чертогу, о существовании которого и не подозреваешь.

И отчего бы мне не поверить, что мой чертог явился, чтобы любовь вошла в него?

Я жаждал деяний, я был полон замыслов. И все это ждало ее. Где бы еще нашла она такой дом, чтобы принять ее?

Мой был готов, и фронтон уже положен на колонны.

ДОНЬЯ ОНОРИЯКак ни хороша чужая крыша, человек всегда предпочитает ту, которую сам помогал ставить.

ДОН ПЕЛАЙОВ том, что вы говорите, конечно, есть смысл.

Но не знал ли я лучше ее самой, что сделает ее счастливой? Был ли я таким несведущим в этой жизни, которую она не знала?

Кто лучше знает растение? Оно само, выросшее где попало, или садовник, который сажает его там, где надо?

Я видел ее, такую молодую, в чужом для нее Мадриде, без матери, с этим непутевым отцом, посреди пожирателей приданого.

И даже не знаю, что более принуждало меня жениться на ней — любовь или рассудок?

К тому же я тогда долго молился, и мне был дан знак свыше.

Вы, вероятно, знаете, что с детства я отдал себя под покровительство Божьей Матери, вручив ей ключи от моей души и от моего дома.

Это она научила меня “искать во всем успокоения”[31].

И именно душевный покой хотел я подарить этому юному созданию, для которого, казалось, оно и было предназначено, стоило ей только открыть навстречу свои лепестки.

Я хотел увлечь ее вместе со мной подальше от низменной, грубой и мертвящей оболочки вещей, которая не есть истина.

Что за важность, любит ли она меня? О том, что было у меня на сердце, достоинство не позволяло мне высказать, но весь мир Премудрости Божьей должен был все ей поведать за меня.

Что за важность, любит ли она меня, если я смогу сделать ей добро, если мне удастся научить одноединственное существо тому, что я знаю, и заполнить одно–единственное сердце радостью и знанием!

ДОНЬЯ ОНОРИЯИ все это привело к тому, что потерявшее голову создание спасается из своей тюрьмы на четвереньках, как зверь пробираясь сквозь ров и лесную чащу.

ДОН ПЕЛАЙОПочему она убежала именно так? Разве я не поселил ее в раю, окружив великолепными вещами?

ДОНЬЯ ОНОРИЯРай не предназначен для грешников.

ДОН ПЕЛАЙОПравда состоит в том, что я видел ее откровенно счастливой лишь в те суровые времена, что мы пережили с ней вместе в Африке.

ДОНЬЯ ОНОРИЯВы не дали ей детей?

ДОН ПЕЛАЙОБог отказал мне в них.

ДОНЬЯ ОНОРИЯПо крайней мере, вы могли бы не отказывать ей в страдании.

ДОН ПЕЛАЙОНе достаточно ли моего?

ДОНЬЯ ОНОРИЯВы не она. Необходимо было, чтобы что–то раскрыло ее душу и тело, в котором мы задыхаемся.

Вы сказали мне, что хотели научить ее слышать, но что можно расслышать под этой оболочкой, которая с каждым днем становится все жестче и грубее?

Только сейчас, с тех пор как я дежурю у постели моего умирающего ребенка,

Начала я слышать лес, что окружает меня;

Треск ломающейся ветви, звон колокола из–за гор, что ветер приносит нам раз в год,

Вспорхнувшая птица, — как подолгу отзывается все это в моем сердце!

ДОН ПЕЛАЙОА меня, мои мысли, вы думаете, она расслышит их?

ДОНЬЯ ОНОРИЯДа, я думаю, что впервые вашей душе удалось достучаться до ее.

ДОН ПЕЛАЙОНо какая иная мысль может быть у нее, кроме этого окна напротив, в которое она так жадно всматривается?

ДОНЬЯ ОНОРИЯВы не отсутствующий для нее, она остается вашей пленницей.

ДОН ПЕЛАЙОЗначит, я убиваю того, кого она любит?

ДОНЬЯ ОНОРИЯЭто вы связываете руки ее молитвам.

Это вы отстраняете ее от Бога, и затыкаете ей рот, и запираете, как проклятую, в тюрьму бессилия и отчаяния.

ДОН ПЕЛАЙОЗначит, давно пора было мне приехать.

ДОНЬЯ ОНОРИЯЧто вы собираетесь делать?

ДОН ПЕЛАЙОРазве вы не знаете, что я судья, обязанный давать разрешение каждой тяжбе, которая мне направляется?

ДОНЬЯ ОНОРИЯСударь, не делайте нам зла!

дон ПЕЛАЙО Вы полагаете, что я хочу ей зла?

ДОНЬЯ ОНОРИЯВашего блага я боюсь больше всего.

ДОН ПЕЛАЙОПоверьте мне, лучший друг виновного — ни один из ваших утешителей, ни его пособники, ни даже сам исповедник,

Но лишь один Судья, во власти которого дать ему возможность расплаты и тем самым освобождения.

ДОНЬЯ ОНОРИЯИ ничем иным, как смертью, увечьем, неволей, изгнанием?

ДОН ПЕЛАЙОВсего этого понемножку.

Не медом же и ласками лечить раненую душу.

К тому же я знаю иные способы, более сильные и тонкие, хотя и связанные с теми, что назвали вы.

ДОНЬЯ ОНОРИЯИ именно их вы привезли нам?

ДОН ПЕЛАЙОРазве я не муж ей? Не мой ли долг поддержать ее?

Оставлю ли я ее в агонии?

Я один знаю, что под стать этой благородной душе.

Я хотел заставить вас сказать все, что вы мне только что наговорили, и я хорошо все усвоил.

Не цветов и не фруктов ожидала она от меня, но бремени.

ДОНЬЯ ОНОРИЯЧто привезли вы для нее?

ДОН ПЕЛАЙОВместо искушения еще большее искушение.

Ведите меня в ее комнату.

Донья Онорня колеблется.

Ведите меня в ее комнату.