ТРОЕ ЧАСОВЫХ

Ночной дозор на крепостной стене Могадора. В просветах между бойницами можно видеть переливающееся в лунном свете море.

ПЕРВЫЙ СОЛДАТСлушай! Снова начинается.

ВТОРОЙЯ ничего не слышу.

ТРЕТИЙМожно не опасаться, что мы услышим сегодня еще что–нибудь. Господи! Я и так сыт по горло. О–ля–ля! Ну и крик же он испустил.

ВТОРОЙТак кричат, когда уже затронули самую фибру.

ПЕРВЫЙКакую фибру?

ВТОРОЙА это уже — дело палача. У одних она вот тута, у других — вон тама. Ну чего говорить, фибра, и все тут.

ТРЕТИЙТеперь с доном Себастьяном покончено. Ему теперь начхать на это.

ПЕРВЫЙDe profundis[55].

ВТОРОЙСвятой Иаков, изображение которого он всегда хранил при себе, уж поможет ему перейти загробную таможню.

ТРЕТИЙБедный дон Себастьян!

ПЕРВЫЙНе называй имена.

ТРЕТИЙДа и в самом деле он нас грязно предал.

ВТОРОЙА что ему делать–то было? С той поры, как эта проклятая сука Пруэз…

ПЕРВЫЙКому сказал, не называй имена!

ВТОРОЙ… с того момента, как наша старуха вышла замуж за нашего старика, ему пришлось сматываться. Куда лучше, как не к туркам?

ТРЕТИЙЯ бы, черт побери, тоже так поступил, если бы мог.

ПЕРВЫЙНе ори так! Ты же знаешь, что наш старик любит прогуливаться ночью. И хотя поверх белого он всегда надевает черный плащ, его все равно видать. Глаза у него блестят, как у кошки.

ТРЕТИЙНичего, надейся, я еще прижму его как–нибудь в теплом месте. Будь я тогда мелкой рыбешкой, если не всажу ему пулю!

ВТОРОЙ(хватаясь за ружье) Кто идет?