Матушка вострит большой топор,

Говорит: «Грехов твоих не счесть...

Это ты и есть — всемирный вор,

Тать великий — это ты и есть».

— Матушка моя, — ей говорю, —

Не казни разбойного сынка...

Дай мне помолиться на зарю,

Дай мне помолиться на закат.

Это я и есть — небесный бес,

Это я и есть — предвечный срам...

Древнего изгнанника небес,

Звали меня некогда — Адам.

Матушка, шальная моя кровь

Красным безголовым петухом

Буйно зацветает вновь и вновь,

Вспыхивает яростно грехом...

Не губи же голову мою,

Не смущай, родимая, молвы...

...Я стою у смерти на краю, —

И не жалко буйной головы...