Что же делать, коль мне не досталось от Господа-Бога

Ни кола, ни двора, коли стар я и сед, как труха,

И по торной земле как блаженный бреду босоного,

И сморкаю в ладошку кровавую душу стиха?

Что же делать, коль мне тяжела и котомка без хлеба

И не грешная мне примерещилась женская плоть,

А мерещится мне с чертовщиной потешною небо:

Он и скачет, и пляшет, и рожицы кажет - Господь.

Что же делать, коль я загляделся в овраги и в омут

И, как старого пса, приласкал притомившийся день,

Ну а к вам подхожу словно к погребу пороховому:

До чего же разит и враждой и бедой от людей!..

... Пусть устал я в пути, как убитая верстами лошадь,

Пусть похож я уже на свернувшийся жухлый плевок,

Пусть истерли меня равнодушные ваши подошвы, -

Не жалейте меня: мне когда-то пригрезился Бог.

Не жалейте меня: я и сам никого не жалею,

Этим праведным мыслям меня обучила трава,

И когда я в овраге на голой земле околею,

Что же, - с Господом-Богом не страшно и околевать!..

Я на голой земле умираю, и стар и безгрешен,

И травинку жую не спеша, как пшеничный пирог...

... А как вспомню Его - до чего же Он все же потешен:

Он и скачет, и пляшет, и рожицы кажет мне - Бог.