На Синайской горе Моисей получает от Бога скрижали, на которых были записаны десять заповедей. Это величайший момент не только в жизни еврейского народа, но и всего человеческого рода. Бог дает законы, по которым должно жить падшее человечество, чтобы подготовить приход Спасителя. Синайское законодательство задало и новый тип хозяйственных отношений, обладающих рядом замечательных особенностей. Фактически все десять заповедей (Втор.5,2–21) имеют отношение к хозяйственной деятельности. Первые три («Я Господь Бог твой», «Не сотвори себе кумира», «Не произноси имени Господа Бога твоего всуе») устанавливают верховенство Бога во всех, в том числе и хозяйственных, делах. Четвертая («Наблюдай день субботний») регламентирует режим труда и отдыха. Пятая и седьмая («Почитай отца своего и матерь свою», «не прелюбодействуй») охраняют незыблемость семьи, в том числе и как хозяйственной ячейки. Шестая («Не убей») устанавливает верховную ценность жизни, поддерживать которую призвано хозяйство; девятая («не произноси ложного свидетельства») — принцип честности. Восьмая и десятая («не кради», «не пожелай») охраняют собственность.

Прежде всего отметим, что хозяйственные нормы введены в закон. Это говорит и об исключительной важности этой сферы жизни человека, и о необходимости ее упорядочения. Хозяйственная жизнь не пускается на самотек, не отдается на откуп «стихии рынка». Наоборот, закон подробным образом регламентирует хозяйственно–экономические отношения. Хотя, в силу падшести человеческой, закон не ставит перед людьми слишком высоких, неисполнимых задач.

Далее, Десятословие формулирует главныезаповеди спасения — заповеди любви к Богу и ближнему. «На сих двух заповедях утверждается весь закон и пророки» (Мф.22,40) — сказал Спаситель. Эти заповеди становятся ведущими для имущественных отношений Нового Завета. В Ветхом же Завете, заповедь любви к ближнему сформулирована частично, при помощи отрицательных высказываний: «не убей», «непрелюбодействуй». И все же эта заповедь имеет огромное влияние на хозяйственную жизнь избранного народа.

Наконец, Десятословие закрепляет установившееся у евреев право частной собственности: «не кради», «не пожелай дома ближнего твоего… ни вола его, ни осла его, ничего, что у ближнего твоего». Однако отсюда нельзя делать вывод, что право частной собственности установлено Богом на все времена. Ведь имущественные заповеди Нового Завета уже иные. Впрочем, и заповедь «не кради» носит универсальный характер — она применима не только к частной, но и к общественной собственности.

Конечно, вся экономика ветхозаветного общества строится на частной собственности. Это норма, от которой ветхому человеку уйти невозможно. Она зафиксирована в законах и других, более древних, народов: египтян, вавилонян или шумеров. Однако, весь смысл Моисеева законодательства состоит как раз в ограничении права частной собственности, дабы не допустить чрезмерного накопления богатств в одних руках. Частная собственность не считается священной — она самим законом постоянно ограничивается. Это становится ясно, если присмотреться к хозяйственным нормам закона более пристально.