Федор и Катя.

Катя.Федор Иванович, где вы?

Федор.Здесь, Катя.

Катя.Что вы делаете?

Федор.Ничего. Жду. Колокольчик – слышите?

Катя.Татьяна Алексеевна?

Федор.Нет, он.

Катя.Кто? Иван Сергеевич?

Федор.Да, от Солнышкина. Слышите?

Катя.Ничего не слышу.

Федор.Странно. Чудится мне, что ли?.. Вот, вот опять.

Катя.Нет, только ветер и дождь.

Федор.Да, ветер и дождь. Какая ночь! Добрый человек собаки не выгонит… Ну, я пойду, Катя…

Катя.Куда?

Федор.К себе, в Эрмитаж.

Катя.Не уходите, Федор Иванович. Страшно…

Федор.Страшно? Отчего же страшно?

Катя.Не знаю. Не уходите!

Федор.Она вам сказала?

Катя.Сказала.

Федор.И что люблю обеих вместе? А разве можно обеих вместе даже такому, как я, разве можно, Катя?

Катя.Нельзя.

Федор.Так как же?

Катя.Вы одну любите.

Федор.Кого?

Катя.Не знаю.

Федор.Не знаете? И вы, Катя, не знаете?.. Я тут сейчас едва не убил ее, как собаку. Как собаку, выгнал… и все-таки люблю?

Катя.Может быть, любите.

Федор.И к ней вернусь? От вас – к ней? Или к другой – все равно. И другая – тоже она. Она одна – всегда, везде. Только вы и она. Обеих вместе нельзя, а одну не могу… Уйдите, Катя. Видите, я брежу, с ума схожу… уйдите!

Катя.Нет, не уйду.

Федор.Прощаете? И вы прощаете, как он? И с этим жить? Кто прощает врагу, собирает горящие угли на голову его.[29]На голове «макаки» – угли горящие. И вы смотрите и жалеете. И Таня жалела, тут вы с нею… Катя, зачем вы меня слушаете? Уйдите же…(Молчание).Вот опять! Слышите? Неужели и теперь не слышите?

Катя.Да, слышу: едут. Далеко.

Федор.Нет, близко. Вот, вот, как близко, слышите?

Катя.Что с вами, Федор Иванович?

Федор.Боюсь. Катя, ох, как боюсь! лица его боюсь… Мне все одно и то же снится: будто я с нею, и он тут же, но мы его не видим, а только знаем, что он. Я когда-нибудь с ума сойду, умру во сне от ужаса… Ну, скорее, скорее, Катя, прощайте! Прощай, милая, радость моя! Какие у тебя волосы! Если их распустить, – будет дождь золотой – солнце сквозь дождь…

Катя.Что ты, Федя, как будто навеки прощаешься?

Федор.Навеки? Нет, увидимся. Помнишь, дождь золотой? Помнишь радугу? уснем от печали – проснемся от радости. Будет радость, будет радость! Перекрести же меня, поцелуй. Вот так. Ну, а теперь…

Слышен звон колокольчика и стук колес.

Катя.Куда ты, Федя?

Федор.Он! Он! Ступай к нему, скажи ему все, – как я люблю его, как я вас всех люблю… Не пускай его ко мне… скажи, что уехал… Ступай же, ступай, ступай, если любишь меня!

За дверью слышен голос Ивана Сергеевича. Катя уходит.