Борис и Бланк

Борис.А, это вы. Можно к Андрею?

Бланк.Подождите лучше. Вот Софья Арсеньевна выйдет ее спросите.

Борис.Он говорил о чем-нибудь с вами?

Бланк.Мало, все больше молчит.

Борис.Нет? А обо мне говорил?

Бланк.Не говорил.(Молчание).

Борис.Я все-таки пойду к нему.

Бланк.Как хотите. Только его лишний народ тревожит. Кроме того…

Борис.Что?

Бланк.Ах, да поймите сами! Ведь тяжело же ему видеть военный мундир…

Борис.Мундир? Это еще что? Кажется, я…

Бланк.Да вы не волнуйтесь. Положение фальшивое, – глаз закрывать нечего. Но будем же сохранять уважение к тому, что происходит. Софья Арсеньевна…

Борис.Что Софья Арсеньевна? Это кто, вы или она находит, что я не сохраняю какого-то уважения. Что я не должен видеть брата умирающего, что, наконец, я…

Бланк.Да это здравый смысл вам должен самому подсказать! А вы, я вижу, в своем роде тоже романтик. Не поздравляю вас. Впрочем, я параллелей не провожу. Чем бы вы там ни были, это ваше дело, мне-то что!

Борис.Послушайте. Я хотел… Вы, кажется, не злой и не глупый человек…

Бланк.Благодарю вас.

Борис.Я ваших намерений не знаю… Я вас совсем почти не знаю. Но я вас прошу объяснить мне…

Бланк.Ничего я объяснять не стану, причем какие-то мои «намерения» не понимаю, так все просто, а вы требуете, чтобы я вдавался с вами в какие-то психологии. Говорите с Софьей Арсеньевной, если вам что-нибудь еще непонятно. Думаю, однако, и ей не до разговоров.

Борис.Вы в моем доме. И я вас покорнейше прошу… о Софье Арсеньевне…

Бланк.Ну, бросьте эти тонкости. Не ко времени. Я человек трезвый и простой. А что я в вашем доме – очень жаль, да ничего не поделаешь. Жизнь и не такие шутки шутит. Впрочем, я лично ничего против вас не имею. Оставьте только меня в покое.

Борис.Лично ничего? Скажите, пожалуйста! Я не знаю, что вы там имеете, чего не имеете, я обратился к вам по-человечески, а вы… кажется… пользуетесь случаем, что я не могу поставить вас на свое место, что я не могу…

Бланк(отходя от него).Эк, ведь тоже, «по-человечески». Не могу, не могу…(Громче).Да образумьтесь вы! Это уж не романтизм, а неврастения какая-то! Софья Арсеньевна идет…