1–3. Вступительный отдел настоящей главы настолько тесно связан с содержанием предыдущей, что многие из комментаторов так их и не разделяют, а самостоятельный отдел 50-ой главы начинают лишь с 4-го стиха (Еп. Петр, Dillmann, Duhm etc.). В главе 49-й на жалобу Сиона, что Господь забыл и оставил его (14), пророк обстоятельно ответил, что Господь никогда не забывал и не может забыть Своего верного Сиона, что Он, наоборот, умножит, вознесет, прославит и высоко поставит его над всеми его врагами. Но, как неоднократно мы отмечали и выше, все эти обетования относились лишь к «верному Сиону», т. е. к духовному Израилю, или новозаветной церкви, куда войдет только небольшой «остаток» исторического, плотского Израиля; большинство же его останется за оградой церкви ивнеособого Божественного попечения о нем. Справедливо находя, что вышеуказанная жалоба на оставленность и покинутость Богом исходила также и от лица этого большинства, пророк не оставляет без ясного ответа и его, убедительно доказывая, что ответственность за такой печальный исход дела лежит не на Боге, Который все делал, чтобы сохранить и удержать при Себе народ еврейский, а на самом этом непослушном и вероломном народе.

Где разводное письмо вашей матери, с которыми Я отпустил ее?Исходя из контекста речи под «матерью» жалующихся здесь сынов Израиля (49:14) должно разуметь Сион, или Иерусалим, как духовно-политический центр всего объединенного Израиля. Аналогия же отношений Господа к Израилю с брачным или семейным союзом вообще — это один из наиболее употребительных в Библии образов, особенно часто встречающийся в обличительно-увещательных речах пророков (Ос 2:4; [758] Иер 3; Иез 16 и 17 гг. и др.). Особенно поучителен в этом отношении аллегорический образ любодейной жены, подробно развитый в трех первых главах у пророка Осии (1–3 гг.).

Но центр тяжести здесь, собственно не в этом. Из общепризнанной аналогии отношения Всевышнего к Сиону, как мужа к жене, пророк хочет вывести и ответ на поставленный вопрос — почему Господь покинул большинство Израиля? Обыкновенно, когда такое взаимное разобщение между супругами происходит у евреев, то оно всегда основывается на разводном письме, которое по закону должен выдать муж отпускаемой им жене, с указанием самой причины развода (Втор 24:1–3 [759]). Следовательно, когда инициатива развода исходила от мужа, жена всегда владела особый, важным документом, нередко совершенно реабилитирующим ее в глазах посторонних, третьих лиц. Пророк и требует теперь от отпущенной Богом жены Израиля предъявления этого документа. Оказывается, такого документа у матери сынов Израилевых не имеется; следовательно, на Господа, как на другую сторону в этом расстроившемся браке, не может падать даже и тени ответственности за данный развод, который весь целиком приходится насчет второй, единственно виновной половины, т. е. самой матери Израиля.

Вот, вы проданы за грехи ваши, и за преступления ваши отпущена мать ваша. В этом и заключается истинная причина того, что большинство Израиля оказалось лишенным Божественного покровительства. Не от Господа происходит отвержение своего народа (Рим 11:1–2) и не Он продал чад Своих. Сами они отреклись Святого и Праведного (Деян 3:14) и один из учеников Его продал своего Учителя (СПб. проф.).

Почему, когда Я приходил, никого не было, и когда Я звал, никто не отвечал?Если бы Господь дал разводное письмо Израилю, то Он бы все же нес известную часть ответственности за происшедший разрыв. В действительности же, Он нисколько не сочувствовал и не содействовал такому разрыву, но, наоборот, заботился об его упрочнении и силе, хотя и не встречал соответствующего отклика с другой стороны.

Вот прещением Моим Я иссушаю море, превращаю реки в пустыню; рыбы в них гниют от недостатка воды и умирают от жажды. Этими словами дается довольно прозрачный намек на факты Божественного посещения Израиля, т. е. оказания ему помощи и заступления, как, напр., при переходе евреев чрез Чермное море (Исх 14), или при разделении вод Иордана во времена Иисуса Навина (Нав 3) или при обращении воды в кровь во время египетских казней (Исх 7:20–21 [760]). Но Иерусалим, избивший пророков и камнями побивший посланных от Господа, не уразумел даже в день торжественного входа в него Господа того, что служило к его спасению и миру, как засвидетельствовал это Сам Иисус Христос (Мф 23:37 [761]).

Я облекаю небеса мраком и вретище делаю покровом их. Едва ли здесь нужно искать указаний на какие-либо определенные исторические факты: по-видимому, это — обычная в Священном Писании обоих заветов ссылка на Всемогущество Творца, имеющая свой полный смысл и в данном случае, на свидетельство неизменности и верности Всевышнего, представляющее полный контраст с вероломностью еврейского народа (Иер 4:28; [762] Иез 32:7–8; [763] Иоил 2:10; [764] 3:15 Лк 21:25 [765]). Ввиду всего этого, виновность самого Израиля за отвержение его Богом становится для всех очевидной и приговор Самого Господа:«се оставляется дом ваш пусть»(Мф 23:39) — совершенно понятным и глубоко справедливым.

С 4 стиха начинается новая речь или, точнее, возвращение к ранее бывшей — о Сыне Божием, Его служении и свойствах (49:2–8и52:6–7). Связь ее с предыдущей 49 главой станет совершенно естественной и ясной, если мы из содержания двух этих глав исключим невольные отступления (49:14;50:3), вызванные необходимостью разобрать неосновательные жалобы Израиля на Всевышнего.

Господь Бог дал мне язык мудрых, чтобы Я мог словом подкреплять изнемогающего…(Он)открыл Мне ухо, и Я не воспротивился, не отступил назад. Еще блаженный Иероним сетовал, что современные ему иудеи, желая извратить смысл мессианских пророчеств, перетолковывают, между прочим, и настоящее в том смысле, что относят его к личности самого пророка Исаии и видят здесь простое Божественное ободрение пророку, чтобы он не падал духом и не ослабевал в своей проповеди народу. Точно так же поступает с данным пророчеством и большинство новейших, рационалистически настроенных экзегетов (Гроцей, Кальвим, Баухер, Гезен, Умбр, Гимцес, Гоффманн, Кнобель, Бригс и мн. др.). Но более внимательный анализ данного пророчества и беспристрастное сличение его, как с контекстом речи, так и с параллелями, убеждает в том, что субъектом речи выступает здесь не пророк, а уже известный нам Мессия. Уже одно первое показание, которое делает здесь о себе говорящий, чтоГосподьдал емуязык мудрыхдает как сильное опровержение рационалистической гипотезы («пророк едва ли бы стал прославлять свои добродетели» — справедливо замечает Orelli — 183 c.), так и веское подтверждение нашего мнения, поскольку раскрывает очень близкое сходство данного образа с раннейшим, несомненно мессианским местом:и соделал уста Мои, как острыймеч (49:2ст. наш комм. на это место).

Силу своего слова и язык своей Божественной мудрости Мессия обнаружил еще 12-ти летним отроком в храме Иерусалимском перед сонмом книжников и фарисеев (Лк 2:47 [766]). Про последующую же Его, собственно мессианскую проповедь Спасителя, все евангелисты согласно замечают:«и дивились Его учению, ибо слово Его было со властью»(Лк 4:32; Мф 7:28–29).

Относительно содержания и происхождения этой проповеди пророк, по обычаю, предлагает особый образ. Отношение Всевышнего к Своему Отроку он уподобляет отношению заботливого и настойчивого учителя к прилежному и внимательному ученику: как такой учитель ежедневно утром пробуждает своего ученика и всячески поддерживает его внимание и слух («пробуждает ухо»), так и Господь открывает ухо послушающего Его и влагает в него содержание известного учения. Любопытно, что этот образ («ты открыл Мне уши») встречается еще раз в одном псалме, имеющем, вообще, довольно близкое отношение к рассматриваемому месту из пророка Исаии (39:7[767]).

Но с текстом того псалма произошла интересная история: Еврейский = мазоретский текст так и перевел его буквально:«Ты открыл мне уши». LXX же и наш славян. перевели совершенно иначе:«Тело же свершил мне еси». Такой перевод должно признать очень древним и авторитетным, потому что апостол Павел в Послании к Евреям цитирует именно его (Евр 10:5 [768]) и видит в нем пророчество о великой Голгофской жертве. [Также, видимо, его вполне можно толковать и как пророчество о даровании верующим Тела Христова в приобщение к Господу?Прим. ред.] Впрочем, связь и данного пророчества Исаии с идеей жертвы становится очевидной из последующего контекста:Я не воспротивился, не отступил назад. Очевидно, Мессия, изображается здесь в положении внимательного ученика («с открытым ухом»), рисуется также и весьма послушным учеником, как это подтверждает и апостол, говоря:«смирил Себя, быв послушным даже до смерти, и смерти крестной». (Флп 2:8).

Общий смысл обоих разбираемых здесь стихов будет, следовательно, таков.

Мессия получит от Бога удивительный дар убеждения и мудрости, который Он, главным образом, направит на помощь всем изнемогающим в тяжелой жизненной борьбе против религиозной, нравственной и общественной неправды (42:7;61:1–2; Мф 11:28 [769]). И все это — как слова, так и дела Мессии — не продукт его собственной фантазии, а непосредственное откровение воли Самого Бога;«Я ничего не могу творить Сам от Себя. Как слышу, так и сужу, и суд Мой праведен; ибо не ищу Моей воли, но воли пославшего Меня Отца»(Ин 5:30).«Я ничего не делаю от Себя, но как научил Меня Отец Мой, так и говорю. Пославший Меня есть со Мною; Отец не оставил Меня одного, ибо Я всегда делаю то, что Ему угодно»(Ин 8:28–29),

Сын настолько «навык послушанию» Богу-Отцу, что ради этого идет на величайшее самопожертвование уничижения и рабства, до позорной смерти включительно:«вот, иду; в свитке книжном написано о мне: я желаю исполнить волю Твою, Боже мой»(Пс 39:8).«Не Моя воля, но Твоя да будет»(Лк 22:42); хотя, впрочем, обе эти воли, в силу единосущия Божества, вполне совпадают между собой:«Я и Отец — одно». (Ин 10:30).

Я предал хребет Мой бьющим и ланиты Мои — поражающим; лица Моего не закрывал от поруганий и оплевания. Если конец предшествующего стиха еще довольно прикровенно намекал на состояние добровольного уничижения и крестной смерти Мессии, то настоящий стих говорит обо всем этом с такой поразительной пророческой ясностью, которая сильно напоминает нам исторические повествования евангелистов (Мф 26:67; [770] 27:26–30; Ин 19:1–4; и др.).

«Все, что было типического в личности Иова (Иов 30:10 [771]), что типически-пророческим образом пред изображалось о страданиях в псалмах Давида (Пс 21:17–18 [772]), о чем говорил в своих жалобных речах пророк Иеремия (Иер 20:10 [773]), все это находит совершенное исполнение в личности Мессии» (Delitzsch). Гебраисты находят, что вместо слова «поражающим» должно стоять «вырывающим мне волосы». Это уже такая деталь мучений, о которой евангелисты умалчивают; но что она была вполне возможна, об этом свидетельствует аналогичный случай из послепленной эпохи (Неем 13:25 [774]). Вообще же говоря, по силе своей изобразительности и ясности настоящий стих может быть поставлен в параллель лишь с 53 гл. пророка Исаии (5 ст. и след.).

С 7–9 идет выяснение истинного характера такого добровольного уничижения Мессии. В глазах самообольщенных иудеев, подобное унижение Мессии могло колебать Его авторитет и давать повод к непризнанию Его за Мессию. Пророк и спешит здесь предупредить это ложное извинение и рассеять такой предрассудок, продолжая говорит опять же от Лица Самого Мессии.

«Унижаемый от людей и оставляемый всеми (Мф 26:31, 56; [775] Мк 14:27, 50 [776]). Он не падает духом и не приходит в смущение, зная, что Господь, Отец Его, есть помощник и защитник Его (Ин 16:32; 8:29), что никто не может обличить Его «о грехе» (Ин 8:46), все же противники Его, будучи противниками вместе с тем и Бога (Ин 12:47–50), погибнут от нравственной порчи (Ин 8:24 [777]), как одежда от моли» (Толков, СПб. проф. с. 787).

Яне стыжусь… держу лице Мое, как кремень, и знаю, что не останусь в стыде. Так как Мессия не совершил никакого нравственно преступного деяния, за что Он должен был бы стыдиться, и так как все, что Он делал — делал от Лица Самого Бога и при всегдашней Его помощи, то Он может высоко держать Свое лице, смело смотреть всем в глаза и быть несокрушимым и твердым, как кремень, перед всеми выражениями людской ненависти и злобы. Любопытно, что такие характерные выражения, как«быть в стыде»и«держать свое лице»встречаются и в первой половине кн. пророка Исаии (29:22;37:27).

Близок оправдывающий Меня… Вот, Господь Бог помогает Мне…В этих словах пророк как бы сопоставляет беззаконный приговор неправедных судей с вечным приговорам Божественной Правды, пред лицем Которой это временное уничижение явилось источником вечной славы, как Самого Господа Иисуса Христа, так и всех уверовавших в него (Рим 1:4; [778] 1 Тим 3:16; Деян 3:14 и др.). Самый драматизм в картине этого суда также весьма характерен для обеих частей кн. пророка Исаии (1:18;3:13–14;5:3;34:5;41:1и др.).

10–11. Два последних стиха образуют естественное заключение речи, причем первый преподает ободрение и вместе призыв «послушавшим» гласа Мессии, а второй — возвещает тяжелую участь противящимся Ему.

Кто из вас боится Господа, слушается гласа Раба Его?…LXX последний глагол, вместо изъявительной формы, перевели в повелительной: «да пoслушается», что, ввиду последующего контекста, будет, по-видимому, правильнее выражать мысль пророка. Здесь, таким образом, делается призыв ко всем боящимся Господа и стремящимся выйти из мрака к свету, чтобы они не упорствовали признать и Посланника Божия за истинного Мессию, в Котором сосредоточено исполнение закона и пророков (Мф 5:17).

Вот, все вы, которые возжигаете огонь… идите в пламень огня вашего…Настоящий стих как бы развивает мысль 9-го стиха — о гибели всех врагов Мессии. Они сами своими заблуждениями, пороками и прямой враждой приготовили себе тот ужасный костер, на котором и найдут свою окончательную погибель. Историческое исполнение данного пророчества можно видеть в трагическом повествовании о последних днях Иерусалима (Иосиф Флавий «О войне иудейской»).

Это будет от руки Моей; в мучении умрете. Т. е. за ваши беззакония Бог допустит вам принять ужасные мучения, как об этом говорит и другой пророк:«ты чрез себя лишишься наследия твоего, которое Я дал тебе, и отдам тебя в рабство врагам твоим, в землю, которой ты не знаешь, потому что вы воспламенили огонь гнева Моего; он будет гореть вовеки». (Иер 17:4). Основываясь на контексте и сравнении параллелей (49:2, 6,8 и др.), мы должны этот суровый приговор приписывать также Мессии. Хотя это, по-видимому, и не отвечает образу кроткого, смиренного и любвеобильного Отрока Господня, но не надо забывать, что, кроме этих, преобладающих черт, в образе Мессии существовали и другие, рисующие Его, как Праведного Судию и нелицеприятного Мздовоздаятеля (Ин 5:22, 30; [779] Мф 25).