Самобытный, вечный Бог имеет самобытную, премудрую волю, в которой всё совершенно, всё абсолютно, всё непреложно. По своей природе и по своим проявлениям Божия воля безмерно превосходит силу нашего разумения. В своей таинственной сущности она одновременно есть и реализованное желание[252]. Но каким образом Божия воля есть в то же мгновение и осуществленное Божие хотение — этого человеческий ум постичь не может: «Кто бо от человек познает совет (βουλὴν) Божий? или кто помыслит, что́ хощет Бог?» (Прем. 9, 13). Как всесовершенное и единственное самобытное Существо Бог не имеет предмета Своего хотения вне Себя. Обладая в абсолютной полноте всеми совершенствами, Бог как таковой Сам является предметом Своей воли и хотения. Вне Его добра нет и быть не может. Поэтому Спаситель учит нас, чтобы мы покорялись только всесовершенной и абсолютно благой воле Отца нашего Небесного:Отче наш… да будет воля Твоя, яко на небеси, и на земли(Мф. 6, 9–10; Лк. 11,2). Ей как таковой повиновался и Сам Спаситель, о чем свидетельствует Его Гефсиманская молитва:Отче, аще волиши мимонести чашу сию от Мене: обаче не Моя воля, но Твоя да будет(Лк. 22, 42). Во всей Своей разнообразной деятельности: в сотворении мирa, в промышлении о мирe и в спасении мирa, — Бог действует по изволению воли Своей(ϰατὰ τὴν βουλὴν τοῦ ϑελήματος αὐτοῦ, Еф.1:11). «Тайну Своей воли» (τὸ μυστήριον τοῦ ϑελήματος αὐτοῦ, Еф.1:9). Бог нам открыл в Лице Богочеловека, Господа нашего Иисуса Христа. Тайна Его пресвятой воли заключается в том, чтобы спасти людей от греха и зла Иисусом Христом (через Иисуса Христа) (см.: Еф. 1,5).

Желая спасения миру, Бог больше всего хочет ему добра и победы над тем, что не Божие, а таковы грех, зло и смерть. «Ибо противно воле Бога то, чего Он Сам не сотворил»[253]. Желая спасения человеку, Бог, однако же, не уничтожает свободы человека, ибо предлагает ему спасение, а не навязывает. Если бы Бог силой навязывал человеку спасение, то противоречил бы Самому Себе, то есть Он как Спаситель противоречил бы Себе как Творцу; ибо сотворил человека со свободной волей, чтобы тот сам мог свободно избирать добро и зло (см.: Сир. 15, 14–17; Иер. 21, 8).

Свойства Божией воли

а)Свобода(αυτεξούσιον) Божией воли — это свойство, показывающее, что Бог во всем руководствуется силой Своей всесовершенной, самобытной, вечной, премудрой, неизменной природы. Как Своим бытием, так и Своей волей Бог абсолютно независим от всего внешнего, поэтому Божия воля действует по абсолютному самоопределению. Но эта абсолютная свобода всегда действует в совершенном согласии со всеми остальными Божиими свойствами.

Главное отличие Божия духа — это свобода: «Господь же дух есть; a идеже Дух Господень, ту свобода» (2 Кор.3:17; ср.: Ин.4:24). Дух Господень разделяет духовные дарования «властию коемуждо якоже хощет» (1 Кор.12:11). Совершенная свобода Божией воли проявилась в сотворении мира: «Вся, елика восхоте Господь, сотвори, на небеси и на земли, в морях и во всех безднах» (Пс.134:6; ср.: Пс.113:11; Дан.4:32; Иов.9:12, 23:13; Иер.27:5, 6; Притч.21:1; Откр.4:11). И не только в сотворении мира, но и в промышлении о мире, и в спасении мира проявляется свобода всесовершенной Божией воли, которая во всем руководствуется своей вечной добротой и святостью (см. Мк.10:18; 1 Ин.1:5; Пс.5:5; Втор.32:4; Ин.9:31; Притч.3:32). Одним словом, Бог всё устрояет «по изволению воли Своей» (Еф.1:11, 5, 9; ср.: Рим.9:20, 21; Ис.29:16, 45:10; Иер.27:5).

Божественная истина Священного Писания о свободе Божией воли засвидетельствована Священным Преданием, особенно теми из святых отцов, которые опровергали заблуждения языческих философов и некоторых еретиков, проповедовавших, что Бог подчинен судьбе и сотворил мир по необходимости. Святые отцы доказывали истину Святого Откровения, согласно которой Бог не подлежит никакой необходимости, но как Существо абсолютно благое и абсолютно свободное принимает решения по Своей вечной и премудрой воле. Так, согласно святому Иринею, Бог, имея нечто в мысли, одновременно имеет это и в хотении, ибо весь Он — мысль (ὃλος ἒννοια), весь — воля (ὃλος ϑέλημα)[254].А святой Григорий Нисский говорит, что Божий ум и Божия воля так неразрывно внутренне соединены, что между ними нельзя вообразить никакого временнбго интервала; они всегда действуют совместно, одновременно, согласно[255].

Как Существо совершенное и абсолютное благо Бог не может ни хотеть, ни выбирать, ни делать ничего иного, кроме добра. Божия воля, так как по своей природе она более всего благо, и причем благо неизменное, вечное, совершенное, не может в своем добре ни изменяться, ни преуспевать, ни ослабевать[256]. Святой Иоанн Дамаскин показывает, что отсутствие возможности выбора в Божией воле — это признак не отсутствия самой воли, а лишь отсутствия ограниченности, свойственной воле конечной, имеющей предел. Ибо выбор всегда предполагает некую процедуру принятия решения, свидетельствующую о неведении и ограниченности, а Бог знает всё простым, совершенным знанием. Он не выбирает, ибо имеет абсолютное ведение обо всем[257].

б)Всемогущество(παντοδυναμία) — это Божие свойство, которым Бог осуществляет всё угодное Его пресвятой, преблагой и премудрой воле. Божие всемогущество пребывает в абсолютной гармонии со всеми прочими Божиими свойствами, действуя из них, через них и с ними, но никак не без них или против них. Поэтому Бог устрояет всё, чего может желать Своей совершенно святой, совершенно благой, совершенно праведной, совершенно мудрой, совершенно неизменной природой. Не может Он хотеть чего–либо такого, что бы было в противоречии с Его вечным бытием и Его непреложными свойствами. «Вседержительство и всемогущество Бога определяются собственным Его хотением и произволением; а посему Он производит не все то, что может, но только то делает и может делать, что восхощет»[258]. Бог может делать, что хочет, но есть то, чего Он не делает, хотя и может делать. Например, Он мог бы уничтожить мир, но не хочет этого делать. Блаженный Августин говорит: «Много может Бог, но не хочет; ничего же не хочет, чего не может»[259].

О Божием всемогуществе свидетельствуют все те места Священного Писания, которые говорят о Боге как Творце, как Промыслителе, как Вседержителе, как Спасителе. Бог есть Бог сил (см.: Пс. 88, 9; 76, 14), Господь сил (см.: Пс. 23, 10); Он — единый сильный(μόνος δυνάστης,см.: 1 Тим. 6, 15). О Божием всемогуществе говорит и молитва Спасителя в Гефсимании:Отче! всё возможно Тебе(Мк. 14, 36). В Божественном домостроительстве спасения Всемогущий Бог делает возможным и то, что людям кажется невозможным: это удостоверяют слова Спасителя:Богу же всё возможно (πάντα buvarà,Мф. 19, 26). Многострадальный Иов говорит Богу:вем, яко вся можеши, невозможно же Тебе ничтоже(Иов. 42, 2). Благовестник, Архистратиг Гавриил возвещает Святой Деве:не изнеможет у Бога всяк глагол(Лк. 1, 37). Божия сила и всемогущество проявляются в моментальном сотворении мира:Той рече, и быша: Той повеле, и создашася(Пс. 32, 9; ср.: Быт. 1, 3. 6. 9. 11. 14. 20. 24; Пс. 71, 18; 76, 14).

Бытующее возражение: Бог не всемогущ, потому что не может грешить и не может умереть[260], — есть, на самом деле, софистский силлогизм. Святой Епифаний богомудро рассуждает: «Бог может делать всё, что пожелает, но делает только то, что согласно с Божеством»[261]. Святой же Климент пишет: «Для Бога нет ничего невозможного, кроме лжи»[262]. Блаженный Августин богословствует: «Если утверждаем, что Бог не может ни умереть, ни заблуждаться, то этим не умаляется Его сила. Напротив, Его сила изнемогла бы, если бы это невозможное стало для Него возможным. Именно потому Он и всемогущ, что не способен ни умереть, ни ошибиться. Ведь Всемогущему должно быть свойственным как делать то, что Он хочет, так и не пытаться делать того, чего не хочет и что бы сделало Его, случись это с Ним, не всемогущим»[263].

в)Святость(ἁγιότης) — это Божие свойство, показывающее, что Божия воля во всем руководствуется абсолютным добром, что ее непременное состояние — это полное единство с добром, в котором царствует совершенная чистота и отсутствует всякое зло. Совершенная святость — отличие всего Божиего. В Боге и святость, и свобода безграничны и непреложны, поэтому не может Он ни согрешать, ни стать несвятым, Его воля гармонична во всех своих свойствах и действиях; в ней невозможно ни столкновение, ни противоречие, ни немощь.

Святое Откровение изобилует доказательствами всесовершенной и неизменной Божией святости. Так Сам Господь говорит:Аз есмь Господь Бог ваш, и да освятитеся и будете святи, яко свят есмь Аз(Лев. 11, 44; ср.: 19, 2; 20, 7; 1 Цар. 2, 2; 1 Пет. 1, 15–16). Несказанная Божия святость побуждает небесные Силы непрестанно славословить Господа. В своем чудесном видении пророк Исаия зрит Господа на высочайшем престоле, окружаемого Серафимами, восклицающими:Свят, свят, свят Господь Саваоф(Ис. 6, 3; ср.: Откр. 4, 8). Величая Бога, псалмопевец говорит:Свят Господь Бог наш(Пс. 98, 9). Абсолютно святой в Себе и по Себе Бог проявляет святость во всех Своих отношениях к мирy: свят Его закон (см.: Рим. 7, 12; Пс. 18, 8), свято место, где Он является (см.: Деян. 7, 33; Исх. 3, 5; Нав. 5, 15; 2 Пет. 1, 18), свят Его путь (см.: Пс. 76, 14; 144, 17), свята Его вера (см.: Иуд. 20), свята Его Церковь (см.: Еф. 2, 21), святы Его служители (см.: 2 Кор. 13, 12; Еф. 1, 4; Кол. 3, 12; 1 Фес. 5, 27; Евр. 3, 1; 1 Пет. 3, 5; 2 Пет. 1, 21; Откр. 18, 20; 22, 6), свят Он во всех Своих делах (см.: Пс. 144, 17). Всесовершенная Божия святость проявляется в мирe как абсолютная доброта (благость =άγα^ότης).Сам Спаситель решительно настаивает:Никто не благ (άγαμος), токмо един Бог(Мк. 10, 18). Человеческая доброта, в сравнении с Божией, не может быть названа добротой; а если так и называется, то лишь потому, что нисходит к людям как дар единой абсолютной Благости — Бога (см.: Иак. 1, 17; Ин. 3, 27). Так как Бог абсолютно свят и абсолютно благ, то Он не может ни творить зла, ни быть причиной зла (см.: Иак. 1, 13; Притч. 11, 20; 1 Ин. 1, 5). Для Бога естественная невозможность — быть злым, творить зло, быть источником зла (см.: 1 Ин. 1, 5; Ин. 8, 12; 9, 5). Выразительнее всего являет это и удостоверяет Богочеловек, Господь Иисус Христос, в досточудной Личности и безгрешной жизни Которого открыта людям совершенная Божия святость и совершенная Божия благость (см.: Ин. 1, 17–18; 8, 46; 1 Пет. 2, 22; 1 Ин. 1, 5; 3, 5).

Наряду со Священным Писанием, и святые отцы, верные хранители богооткровенных истин, всесторонне объясняют и свидетельствуют о Божией святости как об абсолютном, вечном, самобытном, неизменном свойстве Бога. По их свидетельству, только Бог свят по естеству и посему только Он [один] — Источник святости. Люди же могут стать святыми, приобщившись к Божией святости посредством благодатных подвигов. «Воистину только Тот свят, Кто свят по естеству(φύσει άγιος);и мы святы, но не по естеству, а общением(μετοχή),подвижничеством(ασκήσει)и молитвой»[264]. Так как Бог абсолютно благ, абсолютно свят, абсолютно неизменен, Он не может грешить; признать в Боге возможность греха — все равно что отвергнуть Бога как Существо вечное и абсолютное. По Своему премудрому человеколюбию Бог сотворил людей существами свободными и разумными, чтобы они добровольно возрастали в Божественных совершенствах, свободно избирая то, что Божие. Но Бог не виновен в том, что люди, употребляя свою свободу во зло, согрешают. Так как Бог есть любовь, Он не хочет насильно приводить людей к добру и не уничтожает их свободы, которую вверил им как Божественный дар.

Богу нельзя приписать грех ни в каком виде. Всякий грех — это нарушение Божией воли, совершаемое человеком путем злоупотребления данной ему от Бога свободой. Грех, собственно, и есть единственное зло. А всё прочее, называемое нами физическим злом, как–то: землетрясения, эпидемии, голод, различные скорби, которыми Бог наказывает нас за грехи, — не есть само по себе зло, поэтому нельзя сказать, что Бог — причина зла, как утверждали некоторые еретики. На самом деле, все эти беды суть прямые или косвенные следствия греха как единственного зла; Бог попускает или посылает их как средства исправления, чтобы люди, уклоняясь от зла и греха, стремились к добру, в котором жизнь, и бессмертие, и блаженство. Так рассуждают святые отцы, истолковывая те места Священного Писания, в которых на первый взгляд Бог кажется виновником зла. «Когда услышишь:Будет зло во граде, еже Господь не сотвори?(Ам. 3, 6), — знай, что здесь под именем зла разумеются несчастья, ниспосылаемые на грешников, дабы отвратились они от беззакония…Бог творит мир и зиждет злая(Ис. 45, 7): в частности, устрояет мир в тебе, спасительным учением умиротворяя твой дух и укрощая страсти, воюющие на твою душу;зиждет злая,то есть преобразует зло, направляя его к лучшему, так что приобретает оно свойства добра… Впрочем, если мирoм мы назовем состояние свободы от войны, а злом — военные бедствия… то скажем, что Бог, по праведному Своему суду, посылает наказание войной тем, которые этого наказания заслуживают»[265]. «Необходимо знать, — пишет святой Иоанн Дамаскин, — что в Священном Писании имеется обычай Божие попущение называть Его действием… Так сказал:Затвори Бог всех в противление(Рим. 11, 32) идаде им Бог духа нечувствия, очи не видети и уши не слышати(Рим. 11, 8); необходимо это разуметь не так, как будто бы Сам Бог сделал это, но Он лишь попустил это, поскольку добро само по себе независимо и свободно от принуждения… Но даже и тогда, когда Священное Писание говорит, что Богзиждет злая(Ис. 45, 7) и чтонет зла во граде, еже Господъ не сотвори(Ам. 3, 6), оно этим не показывает, что Бог — виновник зол (αἴτιον ϰαϰῶν), ибо слово “зло” имеет два значения: иногда оно обозначает зло по природе (тὸ τῇ φύσει ϰαϰὸν),которое противно добродетели и воле Божией, а иногда обозначает зло и мучение для наших чувств, то есть скорби и напасти. А они, хотя и тяжелы, лишь по виду кажутся злыми, тогда как в самой действительности они добрые, ибо для разумных становятся причиной обращения и спасения. О них Священное Писание и говорит, что они бывают от Бога. Но и здесь необходимо заметить, что и таких зол причинами являемся мы сами, ибо невольное зло (τάακούσια)является порождением зол добровольных(των εκουσίων κακών)»[266].

г)Праведность(δικαιοσύνη) —это Божие свойство, раскрывающее Бога как Всеправедного Законодателя и Всесправедливого Судию. Как един Благ, един Свят, един Праведен, един Всемогущ — Бог и сотворил только доброе (см.: Быт. 1, 31; Пс. 110, 3; Сир. 39, 21; Притч. 8, 31); сверх того, Своим разумным творениям Он даровал святой закон:закон свят и заповедь свята, и праведна, и блага(Рим. 7, 12; ср.; Пс. 18, 8; 11, 7; 1 Тим. 1, 8). Кроме естественного, нравственного закона, данного людям человеколюбивым Творцом при самом сотворении (см.: Рим. 2, 15; Евр. 8, 10; Деян. 17, 27), Бог в Своем сверхъестественном Откровении через Ветхий и Новый Завет преподал им Свой праведный и святой закон и Свои праведные и святые средства ко спасению, чтобы люди, исполняя праведный и святой закон, посредством праведных и святых спасительных средств и сами стали праведными и святыми (см.: Лев. 11, 44; 1 Фес. 4, 3; Еф. 2, 10). В Лице Богочеловека, Господа Иисуса Христа Бог преподал людям всё потребное человеческому естеству для бесконечного возрастания в Божественном совершенстве. Посему Господь наш Иисус Христос так выразил вечную и святую Божию правду, требуя от людей Божественного совершенства:будьте совершенны (τέλειοι), как совершен Отец ваш Небесный(Мф. 5, 48; ср.: Втор. 18, 13; 1 Пар. 28, 9; Евр. 6, 1; 1 Пет. 1, 15). Вечная правда праведного и святого Законодателя требует от людей добровольного исполнения святых и праведных Божиих законов и заповедей, чтобы, преуспевая в возрасте Божием, они достиглив меру полного возраста Христова(Еф. 4, 13; ср.: Кол. 2, 19).

Бог в Своей абсолютной праведности и святости есть не только Всеправедный Законодатель, но и единственный Всесправедливый Судия:

Един есть Законоположник и Судия(Иак. 4, 12), Который как Таковой исполнителей Своего закона справедливо награждает, а нарушителей справедливо наказывает (см.: Пс. 7, 12: 9, 9; 66, 5; 95, 13: 118, 75; Ис. 3, 14; Деян. 17, 31). Всё стремящееся к исполнению праведного и святого Божия закона Бог награждает либо в этом, либо в грядущем мирe; равно как и всё нарушающее, попирающее и умаляющее Его святой закон Он либо в этом, либо в грядущем мирe наказывает. Праведный Законодатель есть в то же время и Праведный Судия (см.: 2 Тим. 4, 8), судящий по вечной правде. При кончине мирa и века сего Он будет судить каждого человека в отдельности и всех людей вместе (см.: Деян. 17, 31; Мф. 25, 31–46; Рим. 14, 10; Деян. 10, 42–43; Еф. 6, 8; 2 Кор. 5, 10; 2 Тим. 4, 78; 1 Пет. 3, 12; Рим. 12, 19; Втор. 32, 35). Приговоры пресвятой и совершенной Божией правды абсолютно праведны и верны, ибо зрит она не на лицо и происхождение, не на то, кто есть кто, но вершит праведный суд по вере и делам (см.: 1 Пет. 1, 17; 3, 12; Рим. 2, 6. 11; Пс. 5, 1213; 23, 4–5; Притч. 3, 33; 2 Кор. 5, 10). Никто и ничто не может поколебать Божией правды, ибоправда Его пребывает в век века(Пс. 110, 3; 47, 11; 101, 28).

Богооткровенное учение о праведности как Божием свойстве и о Боге как Всесправедливом Судии Церковь бдительно охраняла и присно исповедовала через отцов и учителей, особенно когда ему грозила опасность от еретиков (маркионитов, манихеев и др.). Не способные логически примирить наличие в одном Боге свойства любви и свойства правосудия, эти еретики выходили из затруднения, прибегая к двоебожию. По их учению, существуют два бога: новозаветный бог добра, любви и милости и ветхозаветный бог суровой и немилосердной правды, судящий и карающий. Отцы и учители Церкви отвергли данное учение как богохульное, ибо, по учению Церкви, любовь и правда в Боге суть два абсолютных и вполне согласных свойства, никогда и ни в чем не противоречащих одно другому, но всегда в совершенной гармонии действующих одно с другим, одно в другом и одно через другое. Если бы этого не было, то Бог, превратившись в существо хаотичное, перестал бы быть Богом и истребил бы Себя. Любовь в Боге всегда праведная, подобно тому как и правда всегда любящая. Содержа в Себе абсолютное добро, абсолютную любовь, абсолютную праведность, Бог в то же время содержит и абсолютное блаженство. И когда в этом мире проявляются Божия праведность, любовь, добро — заключающие в себе и блаженство — то люди, приобретая их, вкупе с ними удостаиваются и блаженства. А всё, что вне их, то есть зло и грех, содержит в себе скорбь и мучение[267].

Опровергая учение Маркиона о двух богах: ветхозаветном — суровом и злом, и новозаветном — благом и милостивом, святой Ириней пишет: «Если Бог судящий не есть в то же время и благ (bonus), чтобы оказывать милость тем, кому должно… то Он окажется несправедливым и немудрым судиею… Итак, Маркион, разделяя Бога на двух, называя одного благим, добрым (bonus), а другого — судящим (judicalem), в том и другом уничтожает Бога. Ибо судящий (Бог), если вместе не благ, не есть Бог, потому что не Бог тот, у кого нет благости (bonitas); и добрый (Бог), если не есть вместе и судящий (judicalis), не будет, как и первый, Богом, будучи лишен качества Бога»[268]. «Общение с Богом — это общение с вечной жизнью, святостью, блаженством и со всеми Божественными благами, а удаление и отчуждение от Бога чрез грехи — это отчуждение от всех Божественных благ, вследствие чего грешники будут находиться в вечном мучении не потому, что Сам Бог наперед подверг их наказанию, но наказание постигнет их за то, что они сами лишили себя всех Божественных благ»[269].

В сочинении против Маркиона Тертуллиан показывает, что правда не только сама по себе есть нравственное добро, но и его хранитель; равно как и доброта не только не исключает правды, но без нее оказывается немощным добродушием, придающим злу безнаказанный размах, что совершенно противно Божественному естеству, любящему только доброе[270]. За грехи Бог попускает наказания, которые сами в себе содержат благо, хотя [они] и мучительное зло для заслуживших их и претерпевающих, ибо они согласны с правдой, служат защитниками всего доброго и всегда приводят к торжеству добра[271].

В качестве аргумента против Божией праведности и правосудия нередко выдвигается довод: в этом мирeправедники зачастую страдают, а грешники благоденствуют. Но этот факт получает свое единственно возможное правильное объяснение только в свете богооткровенного учения Священного Писания и Священного Предания, согласно которому жизнь на земле — это не время ни конечной награды, ни окончательного наказания со стороны Бога; скорби праведников и благополучие грешников в этом мирeчасто зависят от людей и обстоятельств, создаваемых самими людьми. Бог, попуская или посылая скорби праведникам, поступает по Своей премудрой правде, ибо нет на земле нет праведника, который в чем–либо не согрешил (см.: 1 Ин. 1, 8; 3 Цар. 8, 46; Притч. 20, 9; Иов. 14, 4–5; 15, 14; Пс. 50, 7; Ис. 64, 6; Еккл. 7, 20). Бог делает это с добрым намерением: чтобы скорбями еще более закалить их в добре, утвердить в вере и тем самым очистить от всякого греха (см.: 1 Пет. 1, 6–7; 2 Кор. 4, 17; Рим. 8, 18; 5, 3–5; Иов. 23, 10; Притч. 17, 3; 27, 21; Сир. 2, 5; Зах. 13, 9; Иак. 1, 2–4; Прем. 3, 6; 2 Кор.

12, 10). Осыпая же грешников в этом мире Своими благами, Бог делает это для того, чтобы добротой поощрить их к покаянию, являя им Свою милостивую праведность и свидетельствуя, что блаженство и радость — лишь в благе Божественном (см.: Рим. 2, 4; 2 Пет. 3, 9; Ис. 30, 18). Делая то или другое, Бог поступает по Своей вечной правде, ибо как всеведущий Он до мельчайших подробностей знает, что в человеке (см.: Ин. 2, 25). Но наряду с таким Божиим воздействием на праведников и грешников, в душах и первых, и вторых происходит чисто субъективный процесс: с умножением страданий праведников в них умножается и Божие утешение (см.: 2 Кор. 1, 5–7; 4, 8. 17; 6, 4–10; 1 Кор. 4, 11–13; Рим. 14, 17); грешники же, при всем внешнем благополучии, за свои грехи и беззакония часто бывают мучимы совестью (см.: Прем. 11, 17; 12, 27).