Облегчения, покоя, Феодул, ищет человек, отдохновения от гнета природы, от страха перед ней и от ее всевластия. Предназначенный волей Творца быть владыкой природы (Быт. 1,28), человек стал ее слугой и рабом.

Кто принесет человеку освобождение от бремени, кто дарует облегчение и свободу? И кто вернет ему власть над природой? Никто иной, кроме как Тот, Кто вначале и наделил его этим владычеством над мiрозданием, —

Тот, Кто Своим словом сотворил небеса и духом Своих уст (Пс. 32, 6) — все воинства небесные;

Кто сказал: Да будет свет, — и стал свет (Быт. 1,3);

Кто отделил свет от тьмы и море от суши;

Кто повелел земле произрастить из себя траву и деревья;

Кто заповедал появиться солнцу, луне и звездам на небосводе;

Кто приказал водам наполниться рыбами, воздуху — птицами, а земле — мелким и крупным скотом и зверями, сообразно с их видами (Быт. 1);

и Кто напоследок сотворил человека и дал ему власть над землей, сказав: Плодитесь и размножайтесь, и наполняйте землю, и обладайте ею, и владычествуйте (в серб.: и будьте владыками. — Пер.) над рыбами мор– сними, и над птицами небесными, и над всяким животным, пресмыкающимся (в серб.: движущимся. — Пер.) по земле (Быт. 1, 28).

Поистине, Феодул, только Тот способен возвратить человека в достоинство господина над природой, Кто изначально и даровал ему это; а человек, пристрастившись ко греху, погубил эту честь, уподобившись некоему блудному сыну, отделившемуся от отца, и расточившему свое имение (Лк. 15,13), и ставшему рабом злого властелина;

только Тот, Кто сей Божественный дар время от времени возвращал отдельным праведникам и избранникам Своим;

Кто через Своего служителя Моисея сотворил десять страшных чудес в Египте (Исх. 4–10);

Кто разделил Чермное (Красное) море и провел Свой народ по сухому морскому дну (Исх. 14, 21);

Кто разверз скалу в пустыне и извел воду жаждущим людям (Исх. 17, 6);

Кто низвел манну с неба, чтобы накормить голодных в пустыне (Исх. 16,14);

Кто посредством Своего служителя, Иисуса Навина, остановил солнце и луну, доколе на то была Его воля (Нав. 10,13);

Кто сокрушал неприятельские полки, даруя победы воинствам меньшим по численности, но более праведным (Суд. 7);

Кто бездетных стариц делал матерями (Лк. 1);

Кто устами пророка Илии затворил небо, чтобы не шел на землю дождь сорок два месяца (Лк. 4, 25);

Кто повелевал земле давать иногда обильные урожаи хлеба, фруктов и винограда в пищу людям, а порой эти же самые плоды тратить на пропитание не людей, — а червей и гусениц, и, наконец, в иные времена не произращать никакого урожая — всецело сообразуясь с верой и благочестием человеков;

Кто в несчетных чудесах показывал людям, что не утратил Он то могущество, которое человек по неразумию потерял, но что обладает Он им во все времена и в преизобильной мере, — владычество над природой и над естественным порядком; и Кто, в конце концов, устами Своих вдохновенных пророков — мало– помалу на протяжении тысячелетий человеческой истории — возвещал пришествие на землю Единого, Таинственного и Откровенного, Кто в полной и в преизбыточной степени будет повелевать природой и ее законопорядком.

И действительно, пророчества древних веков сбылись, когда явился на земле Бог Слово как Чудотворец, Изгонитель бесов, Человеколюбец, врачующий болезни и отверзающий рай. Одновременно Таинственный и Откровенный, встал Он лицом к лицу с природой, но не как нижайший либо равный ей, а как ее Повелитель. Ведь никто другой и меньший, чем Он, и не нужен был роду человеческому. Никто другой и слабейший не мог бы соделаться ни Мессией, ни Спасителем людей, избавляющим их от силы бесовской, от греха, от смерти. Равно как и никто другой не был бы в состоянии вернуть людям достоинство господина над природой и ее законами.

Не захотел Он даже родиться по естественному закону, от отца и матери, но — только от Матери.

Родился Он от Пречистой Девы Марии, от единственной Личности, избранной и предназначенной для уникальной роли в истории мiра. Впрочем, и Его Предтеча, святой Иоанн Креститель, родился не в полном соответствии с естественным порядком, хотя и от отца и матери, однако бездетных и престарелых (Лк. 1,18). О Господе Иисусе говорится в церковном песнопении: «Родился еси яко Сам восхотел еси, явился еси яко Сам изволил еси»[32]. Любое рождение — в Его власти.

Когда родился Он, на Востоке появилась звезда — звезда необычная. Мы видели звезду Его на востоке, — говорили волхвы–звездочеты, расспрашивая о новом царе (Мф. 2,2). Значит, это была Его звезда — не потому, что якобы другие ему не принадлежат, ибо всё — Его, — но та восточная звезда нарицается таковой по необыкновенному блеску и по особому Ему служению. Служение этой звезды сводилось к тому, чтобы возвестить мудрым людям на Востоке о рождении нового Царя и довести их до Вифлеема, до того места, где Он родился. Итак, звезды — в Его власти и у Него в услужении.

Властвовать над своим телом — значит господствовать над природой. Спаситель мiра и в этом проявил Себя ее Повелителем. Сорок дней и сорок ночей постился Он, ничего не вкушая и не прикасаясь к воде (Мф. 4, 2).

Претворить воду в вино — разве не свидетельствует это о Его власти над природой? На браке в Кане Галилейской у жениха обнаружилась нехватка вина. Тогда Иисус приказал наполнить водой шесть больших сосудов. Когда это было сделано, вода была претворена в вино, причем в вино самое лучшее. Не говорится, что Господь коснулся воды Своими пречистыми руками, которыми отверзал Он зрение слепым, равно как не промолвил Он ни единого слова, наподобие сего: «Да будет сия вода вином!» Нет, ничего этого не было. Лишь мысленно дал Он повеление — и природа ощутила Своего владыку, и вода обратилась в вино (Ин. 2,1–10).

Успокоить бурю на море, одним словом остановив ветер, — разве не проявляется в этом Его владычество над природой?

И поднялась великая буря; волны били в лодку, так что она уже наполнялась водою. А Он спал на корме… Его будят и говорят Ему: Учитель! неужели Тебе нужды нет, что мы погибаем? И встав, Он запретил ветру и сказал морю: умолкни, перестань. И ветер утих, и сделалась великая тишина… И убоялись страхом великим и говорили между собою: кто же Сей, что и ветер и море повинуются Ему? (Мк. 4, 37–41). Так спрашивали Апостолы. Впрочем, и тогда, и в дальнейшем удостоверились они, что это Христос, Сын Бога живого, Повелитель природы и всех присущих ей законов и установлений.

Сделать себя невидимым для человеческих глаз — разве и это не знаменует собой власть над природой? Иисус, пребывая в Своем отечестве, упрекал израильтян за то, что их вера была слабее и немощнее веры язычников. И привел им два классических примера: 1) во время голода великий пророк Илия нашел пристанище и пропитание не у какого–то «правоверного» иудея, а у язычницы, у женщины–вдовицы в Сарепте Сидонской (3 Цар. 17, 10–24); и 2) в эпоху пророка Елисея много прокаженных было в Израиле, однако за свое маловерие никто из них не исцелился, но врачевание получил лишь Нееман Сирианин, [опять же] язычник. Ведь и сей язычник всем сердцем поверил пророку Елисею — и, [семь раз] погрузившись в Иордан, стал здоровым (4 Цар. 5,14). Услышавши это, все в синагоге исполнились ярости. И, схватив Его, повели на вершину горы, на которой город их был построен, чтобы столкнуть Его со скалы в пропасть. Но Он, прошед посреди них, удалился (Лк. 4,16–30). Невидимым стал Он для глаз Своих зложелателей и незаметно удалился из Своих родных мест, ведь и на Нем сбылись слова о том, что никакой пророк не принимается в своем отечестве (Лк. 4,24; ср.: Мф. 13,57; Мк. 6,4; Ин. 4,44). И в другой раз то же самое произошло в Иерусалиме, когда иудеи хотели побить Его камнями прямо в храме, но Иисус скрылся и вышел из храма, прошед посреди них, и пошел далее (Ин. 8,59).

Умножить пищу и пятью малыми хлебами и двумя рыбками насытить 5000 человек, причем так, чтобы и после трапезы собрать [еще] двенадцать коробов, наполненных оставшимися кусками, то есть массой большей, чем содержалась в пяти хлебах, — разве и это не ясное свидетельство, что в мiре явился неслыханный дотоле и невиданный Распорядитель природы?

Когда же настал вечер, приступили к Иисусу ученики Его и сказали: место здесь пустынное и время уже позднее; отпусти народ, чтобы они пошли в селения и купили себе пищи. Но Иисус сказал им: не нужно им идти, вы дайте им есть. Они же говорят Ему: у нас здесь только пять хлебов и две рыбы. Он сказал: принесите их Мне сюда. И велел народу возлечь на траву и, взяв пять хлебов и две рыбы, воззрел на небо, благословил и, преломив, дал хлебы ученикам, а ученики — народу. И ели все и насытились; и набрали оставшихся кусков двенадцать коробов полных; а евших было около пяти тысяч человек, кроме женщин и детей (Мф. 14,15–21).

В другой раз и в другом месте Иисус снова сказал Своим ученикам: Жаль Мне народа [сего], что уже три дня находятся при Мне, и нечего им есть; отпустить же их неевшими не хочу, чтобы не ослабели в дороге. Ученики ответили Ему, что у них только семь хлебов и немного рыбок. И снова велел Он народу возлечь на землю. И, взяв семь хлебов и рыбы, воздал благодарение, преломил и дал ученикам Своим, а ученики — народу. И ели все, и насытились; и набрали оставшихся кусков семь корзин полных, а евших было четыре тысячи человек, кроме женщин и детей (Мф. 15, 32–38).

Такие невиданные чудеса нельзя объяснить ничем, кроме как словами Христовыми: Невозможное человекам возможно Богу. Богу же всё возможно (Лк. 18, 27; Мф. 19, 26).

Ходить по воде, как по суше, — что скажешь, Феодул: от человека ли это и присуще ли сие человеку? Естественно, нет, но от Бога [это], от Повелителя природы. Накормив и отпустив народ[33], Иисус приказал Своим ученикам войти в лодку и отправиться на ту сторону озера. Сам же взошел на гору и остался там молиться. Тем временем, когда лодка была посередине озера, подул сильный ветер и поднялись громадные волны. В четвертую же стражу ночи пошел к ним Иисус, идя по морю. И ученики, увидевши Его, идущего по морю, встревожились и говорили: это призрак; и от страха вскричали. Но Иисус тотчас заговорил с ними и сказал: ободритесь; это Я, не бойтесь (в серб.: Не бойтесь; это Я, не пугайтесь. — Пер.)… И вошел к ним в лодку; и ветер утих (Мф. 14,25–27; Мк. 6,51).

Приказать рыбам, чтобы наполнили они [собой] сети рыбаков, — что скажешь ты на это, Феодул, от человека ли это и свойственно ли это человеку, каким бы великим он ни был? Нет, никоим образом, но это может быть только от Бога. Сказал Иисус Петру: Отплыви на глубину, и закиньте сети свои для лова. Но Петр в ответ заметил: Наставник! мы трудились всю ночь и ничего не поймали, но по слову Твоему закину сеть. Сделав это, они поймали великое множество рыбы, и даже сеть у них прорывалась… и наполнили обе лодки, так что они начинали тонуть. Увидев это, Симон Петр припал к коленям Иисуса и сказал: выйди от меня, Господи! потому что я человек грешный (Лк. 5, 4–6, 7–8). Похожий случай имел место и по Воскресении Господа, когда живым явился Он Своим ученикам на берегу того же Геннисаретского (Тивериадского) озера. Ученики ловили рыбу всю ночь, но ничего не поймали. При этом Иисус встал на берегу и сказал им: Дети! есть ли у вас какая пища? Они отвечали Ему: нет. Он же сказал им: закиньте сеть по правую сторону лодки, и поймаете. Они закинули и уже не могли вытащить сети от множества рыбы… А когда все–таки извлекли сеть и пересчитали улов, то обнаружили сто пятьдесят три большие рыбы. Сверх того, произошло еще одно чудо: когда вышли они на землю, то увидели разложенный огонь и на нем лежащую рыбу и хлеб. Откуда теперь это? Не от учеников, ведь ответили они из лодки, что нет у них ничего съедобного. Не от людей [это], а от Властелина природы (Ин. 21,1–12).

Платить подати, не имея ни гроша в кармане, — и это чудо. Когда были они в Капернауме, то подошли к Петру сборщики налогов и спросили: «неужто ваш Учитель не будет их платить?» Петр пошел известить об этом Иисуса, однако еще до того как сообщил он Ему о сем, всеведущий Иисус упредил его такими словами: Как тебе кажется, Симон? цари земные с кого берут пошлины или подати ? с сынов ли своих или с посторонних? Петр говорит Ему: с посторонних. Иисус сказал ему: итак, сыны свободны (в серб, букв.: сыны не платят. — Пер.); но чтобы нам не соблазнить их, пойди на море, брось уду и первую рыбу, которая попадется, возьми, и, открыв у ней рот, найдешь статир; возьми его и отдай им за Меня и за себя (Мф. 17,24–27). Повелитель природы находит сокровища, где хочет и сколько хочет. Рыбы — Его служительницы, и вся природа ждет Его распоряжений.

Проклясть бесплодную смоковницу, так что та немедленно засохла, — поистине это дело Того, Кто обладает полнотой власти над всеми созданиями. В Евангелии об этом написано, что Господь Иисус, однажды почувствовав голод и увидев при дороге одну смоковницу, подошел к ней и, ничего не нашед на ней, кроме одних листьев, сказал ей: да не будет же впредь от тебя плода вовек. И смоковница тотчас засохла. Увидевши это, ученики удивились и говорили: как это тотчас засохла смоковница? (Мф. 21,18–20).

Преображение Иисуса на Фаворе свидетельствует о Господней силе и могуществе и над собственным телесным естеством, и над людьми, сотни и тысячи лет тому назад покинувшими этот мiр, — как и сказал Спаситель Своим ученикам: Дана Мне всякая власть на небе и на земле (Мф. 28, 18), или как Церковь на отпевании своих верных глаголет: «Живыми и мертвыми обладаяй, Христос, истинный Бог наш…» — то есть «Ты, властвующий над живущими и умершими». А о Преображении в Евангелии говорится, что Иисус со своими тремя учениками — Петром, Иоанном и Иаковом — взошел на высокую гору. И преобразился пред ними: и просияло лице Его как солнце, одежды же Его сделались белыми как свет. Так вещает святой Матфей (Мф. 17, 2). А святой Марк еще сильнее акцентирует: Одежды Его сделались блистающими, весьма белыми, как снег, как на земле белильщик не может выбелить (Мк. 9, У). И вот, явились им Моисей и Илия, с Ним беседующие (Мф. 17, 3). Кто когда–либо из людей мог сделать свое лицо блистающим как солнце и выбелить свои одежды паче снега? И кто был способен пред тремя свидетелями вызвать и представить знаменитых людей с того света, живших на земле за много веков до того? Никто и никогда. Только Он, Таинственный и Откровенный, Мессия, Повелитель природы.

Ах, Феодул мой, что тогда сказать нам о грандиозных чудесах Господа Иисуса, предсмертных и посмертных? Когда страдал и умирал на кресте Тот, Чью невинную кровь евреи приняли на себя и на своих детей, — померкло солнце и тьма овладела землей с полудня до трех часов дня (с шестого по девятый час, по восточному счислению), затряслась земля, отверзлись гробы; и встали мертвые из могил, и явились в Иерусалиме; и в Соломоновом храме, оскверненном торгующими верой, плотная и тяжелая завеса– катапетасма разорвалась сама собой сверху донизу (Мф. 27,50–53)? Без особого распоряжения вся природа возмутилась и покорилась Своему Повелителю. Ведь повиновалась она Ему не как некоему тирану и врагу, а как законному Владыке и Другу. — Как конь и вол знают своего хозяина и с радостью склоняют перед ним головы (ср.: Ис. 1,3).

А еще — что сказать нам о чуде Его Воскресения, когда Его мертвая плоть ожила, встала и, не отваливая гробовой доски, вышла из могилы? Или о том, как воскресший Господь дважды входил в горницу через запертые двери и являлся Своим ученикам, не открывая засовов (Ин. 20,19. 26)?

Или о том, как в Еммаусе вдруг сделался Он невидимым для Клеопы и другого ученика, с которыми до того шел по дороге и долго беседовал (Лк. 24,13–32)?

Или о Его Вознесении, как восшел Он в теле на небо с Елеонской горы пред Своими верными (Лк. 24,51)? Причем с той же самой (с целой и той же самой. — Ред.) плотью, какую носил на земле. Ведь Ему, конечно, не было нужды (как это будет необходимо для нас) переоблекаться в некое более чистое тело (ср.: 1 Кор. 15, 50–53), ведь Его тело всегда и неизменно было чистым и ничем не оскверненным.

Не отвалив могильного камня, Он воскрес; не открывая запертых дверей явился в иерусалимской горнице. Как? Об этом нам и знать не следует. Но думаю так же, как вышел Он из Пречистой Девы Марии, не причинив Ей боли и не внеся изъяна в Ее материнское тело. Как это так? И об этом нам знать не нужно. Есть только единое для нас на потребу (Лк. 10, 42): знать и верить, что явился в мiре Сильнейший мiра, Владыка вселенной, Единый и Единственный, могущий спасти людей от силы демонской, от греха и смерти, и вернуть человеку достоинство над природой.

Все это так и не иначе уразумели наши праотцы и отцы христианства, и несметные миллионы их спаслись верой в Господа Иисуса Христа, Сына Божия. Все это именно так и не иначе понимаем и мы, православные [христиане], подвизаясь спастись той же самой верой в Того же Самого Спасителя.

Евреев же и индусов нам приходится только жалеть: первых — за то, что никак не могут они раскрыть глаза и узреть в Господе Иисусе Христе Того Спасителя Mipa и Мессию, Которого ясно предвестили ветхозаветные пророки; а вторых — за то, что не способны они увидеть разницу между своими йогами и Христом. «И наши йоги творят чудеса», — говорят индусы. На самом деле здесь — отчаянное непонимание. Творят йоги «чудеса», но какие? Призрачные, бесполезные и неразумные, причем с помощью силы бесовской, ратующей через посредство людей против Христа. Вызывают они у людей обман зрения, и сим последним кажется, что за несколько минут из [твердой] почвы произрастает громадное дерево; или заставляют веревку подняться с земли ввысь и встать, точно шест, вертикально. Кому на пользу идут эти тщетные и мнимые «чудеса»? Христос творил чудеса действительно полезные, и притом только такие, какие служили и содействовали спасению людей. Магия же всегда от демонов. Египетские маги сумели, подражая Божию чудотворцу Моисею, воспроизвести лишь три чуда из десяти, сотворенных Моисеем (Исх. 7, 11–12; 7,22; 8,7). Так коротка сила сатаны. А здесь перед нами не Моисей, а [Сам] Христос, всемогущий Повелитель природы. Только Ему одному вся природа отрадно повинуется. Радуются Ему все праведники, избавленные от рабства природным стихиям. Славит Его небо и земля, и славословию сему не будет конца из века в век.