Доведу ли Я до родов, и не дам родить? говорит Господь (в серб.: Неужели Я, отверзающий утробу, не могу родить? говорит Господь. — Пер.)

Или, давая силу родить, заключу ли утробу? говорит Бог твой (в серб.: Неужели Я, дающий силу рожать, буду без потомства? говорит Господь. — Пер.) (Ис. 66,9)

«Только некий бог может спасти мiр!» — это последний крик философов и пророков древней эпохи. Это истошный зов человечества, связанного узами князя мiра сего (ср.: Ин. 12,31; 14,30) и пребывающего в лабиринте без окон и дверей, в жизни, утекающей в нирвану или в аид.

Если бы этот крик послышался раньше, то раньше явился бы мiру и Бог. Но люди надеялись на самих себя, уповая на собственный ум и на свои силы. Даже не подозревали они, что их умом управляет сатана, употребляя их силы на служение себе. Все людское разумение, и вся наука и мастерство, и вся человеческая сила была привлечена к созиданию алтарей бесам, к возвеличиванию демонов как богов. Человек не перестает удивляться восхитительным пагодам в Индии, пирамидам и храмам в Мемфисе и Карнаке, святилищам в Ассирии и Элладе, а также на островах Индийского и Тихого океана и на просторах Америки; изумляют его своей неповторимостью эти монументальные сооружения, плоды людского зодчества. И в то же время должен он заплакать от досады и стыда, услышав, кому посвящены эти культовые здания: змеям и крокодилам, обезьянам и быкам, фантазиям и басням.

Все искусство и вся культура могут быть как на службе у лжи, так и на службе у истины — совершая служение либо сатане, либо Богу Все искусство и культура до Христа пребывали в распоряжении сатаны. И сегодня наблюдается то же самое, как некогда у языческих народов. Посему знай, о Феодул, что искусство и культура в целом какой бы то ни было эпохи не имеют самостоятельной ценности: все их значение кроется в божестве, которому они служат. И заметь, что ни в одном из этих помпезных языческих святилищ не явился Спаситель мiра, предреченный Мессия, но [родился Он] в вертепе (Лк. 2, 7). Впрочем, оный вертеп подземный и сумрачный, скромный и незамысловатый, все–таки во многом привлекательнее и внушительнее всех языческих пагод и храмов. Ведь в начале сотворения мiра создал его Тот, Кто и родился в нем. Неизменна эта пещера и прочна, как мiр, а между тем языческие пагоды и кумирни, сколь бы громадными и причудливыми они ни были, подтачиваются тленом времени и, если их подстоянно не подпирать, дремотно клонятся к своему падению и смерти. Вифлеемская же пещера и поныне такова и та же самая, какой была она 2000 лет назад, — безмятежна и постоянна, как Гималаи и Арарат. Ибо она дело рук Божиих, а не человеческих.

В этом отдревле исконном Божием храме, старейшем всех прочих рукотворенных алтарей и прочнейшем всех их, в этом загоне для овец и ягнят, явился Тот, Кто сильнее людей, крепче мiра и могущественнее айда и всех адских сил и всех зол.

Феодул мой, явился Бог. Сын Божий, или Бог есть от Бога.

Да смолкнут все доводы человеков и да оцепенеет слово в устах моих, Феодул. Внемли Его свидетельству, Его слову:

Я сошел с небес (Ин. 6,38).

Я пришел во имя Отца Моего (Ин. 5,43).

Дабы все чтили Сына, как чтут Отца (Ин. 5, 23).

Я не один, но Я и Отец, пославший Меня (Ин. 8, 16).

Свидетельствует о Мне Отец, пославший Меня (Ин. 8,18).

Не принимаю славы (в серб.: свидетельства. — Пер.) от человеков (Ин. 5,41).

Пославший Меня Отец Сам засвидетельствовал о Мне (в серб.: Отец, пославший Меня, свидетельствует о Мне. — Пер.) (Ин. 5,37).

Я пришел не Сам от Себя, но истинен Пославший Меня (в серб.:… но есть Истинный, пославший Меня. — Пер.), Которого вы не знаете. Я знаю Его, потому что Я от Него, и Он послал Меня (Ин. 7, 28–29).

Не ищу Моей воли, но воли пославшего Меня Отца (Ин. 5,30).

Исследуйте Писания… а они свидетельствуют о Мне (Ин. 5,39).

Сын ничего не может творить Сам от Себя, если не увидит Отца творящего: ибо, что творит Он, то и Сын творит также (Ин. 5,19).

Я… говорю не от Себя (Ин. 14,10).

Как Отец знает Меня, так и Я знаю Отца (Ин. 10,15).

Пославший Меня есть со Мною (Ин. 8, 29).

Я всегда делаю то, что Ему угодно (Ин. 8,29).

Вы от нижних, Я от вышних; вы от мiра сего, Я не от сего мiра (Ин. 8, 23).

Ненавидящий Меня ненавидит и Отца Моего (Ин. 15, 23).

Отец, пребывающий во Мне, Он творит дела (Ин. 14,10).

Никто не приходит (в серб.: не придет. — Пер.) к Отцу, как только чрез Меня (Ин. 14, 6).

Ты, Отче, во Мне, и Я в Тебе (Ин. 17, 21).

Видевший Меня (в серб.: Верующий Мне. — Пер.) видел Отца (Ин. 14,9).

Я в Отце, и Отец во Мне (Ин. 14,10; ср.: 10,38).

Я дверь (Ин. 10,7).

Я есмь пастырь добрый (Ин. 10,11).

Я свет мiру (Ин. 8,12; 9,5).

Я есмь путь и истина и жизнь (Ин. 14, 6).

Видящий Меня видит Пославшего Меня (Ин. 12,45).

Еще сказал, что Он путь. А люди из поколения в поколение бродили по бездорожью и распутьям.

Еще сказал, что Он истина. А человеческий род был всецело отравлен пилюлями лжи, которыми снабжал его лжец и отец лжи (Ин. 8,44).

Еще сказал, что Он жизнь, [но] не бессознательная и ничтожная жизнь, характерная для индийской нирваны, не жуткое отсутствие смерти в греческом аиде и не растворение личностной жизни в эфирном бытии некоего всеобщего тождественного мiру стоического божества, а жизнь поистине настоящая, подлинная, какой чает сердце человеческое; [жизнь] на лоне Отца Небесного, в раю сладости, где праведники сияют, как солнце (ср.: Мф. 13,43).

Еще сказал, что Он пастырь. Волки в людском обличье, но с демоническим духом навязывали себя земным народам в пастыри — не для того чтобы их сберечь, а чтобы устрашить их, смутить и растерзать. А Он как пастырь добрый пришел, чтобы и сотой овце не дать погибнуть, но взыскать ее и спасти (Мф. 18,11–14).

Еще сказал, что Он врач и что пришел к больным, а не к здоровым. На самом деле, здоровых и не было на свете, но было много таких, которые, нося в себе тяжкие недуги, в горячке воображения мнили себя безупречными.

Еще сказал, что Он Сын Божий, что старше Он праотца Авраама и что имя Ему — от начала Сущий (в ц. — сл. и серб.: Начаток. — Пер.) (Ин. 8, 25). Пришел Он к людям как посланник Своего Небесного Отца, единого живого Бога, питающего отеческую любовь к человекам и желающего через Него, Своего предвечного и Единородного Сына, усыновить всех людей — в ответ на их веру и свободное произволение — и ввести их в Свое бессмертное Небесное Царство.

Еще сказал, что верующий в Него имеет жизнь вечную (Ин. 3,16); принимающий Его принимает и Отца, пославшего Его (Мф. 10,40), и идущий за Ним спасает свою душу. А не чтущий Его не чтит и Отца Его (Ин. 5, 23), ибо вещает Он: Я и Отец — одно (Ин. 10, 30).

Я и Отец — одно (Ин. 10, 30).

Доколе свет с вами, веруйте в свет (Ин. 12, 36).

Без Меня не можете делать ничего (Ин. 15, 5).

Я к Тебе иду, Отче (Ин. 17,11).

Ты дал Мне власть над всякою плотью (Ин. 17, 2).

Дана Мне всякая власть на небе и на земле (Мф. 28,18).

Это — свидетельство Мессии о Самом Себе, выраженное в словах, которое в полной и преизобильной мере подтвердилось Его делами.

Никогда ни один человек в истории лира не говорил с такой силой и властью. И никогда испокон веку ни один человек, как Он, не являл столь могучие дела, как Он.

Не Ангел [Он] и не человек, а Сын Божий и Бог от Бога. Ведь будь Он Ангелом, разве великий Архангел Гавриил, воевода Ангелов, снисходил бы [на землю], чтобы возвестить о Его рождении? А будь Он человеком, разве Иоанн Креститель, величайший из людей, рожденных женами (Мф. 11,11), стал бы Его предтечей и служителем?