И. Числов. «Христова жизнь на земле прообраз бытия христианского мiра…»
Настоящая книга представляет собой одиннадцатый том Собрания творений святителя Николая Сербского на русском языке и включает в себя такие широко известные духовные произведения святого Владыки как «Единый Человеколюбец» и «Феодул» (иначе: «Раб Божий». — Ред.). В первом из них поднимается давний вопрос соотношения и взаимоотношения «земной и небесной логики»; вопрос, являющийся на протяжении десятилетий одной из главных проблем современного христианского мира и потому ставший особенно актуальным в наши дни, отмеченные роковой печатью чисто плотского смятения и страха, равно как и чужеродного мудрования. Во втором — анализируется совокупный вековой опыт человечества на долгом и нелегком пути постижения сей логики, не поддающейся слабому людскому разумению без помощи могучего Божественного Наставника. «Безгрешный Адам в раю даже не спросил бы Бога: Кто Ты? Узнал бы он Его как начало и свое собственное, и всего прочего», — пишет Владыка Николай. Столь же логичным было поведение и ветхозаветного праведника Авраама, «хотя и рожденного под грехом, вне рая», однако в любой ситуации «принявшего бы ответ Спасителя как истинный». То же самое справедливо и в отношении древних праотцев наших — праведного Ноя и его сына Иафета, прародителя рода славянского и родоначальника всех индоевропейских народов вообще. «Но дальние потомки Авраама, — продолжает великий сербский Святитель, — не познали Его (Христа Бога. — Ред.) и не признали. Ибо, глубоко погрязнув в земной, ложной логике, не могли они постичь логику истинную, небесную — логику Бога Слова — Божественного Логоса. Его логика была им противна и ненавистна. И, будучи не в состоянии ни постигнуть ее, ни совладать с нею, они в гневе схватили камни, чтобы умертвить Его. Неоднократно покушались они на убийство, но не удалось им это до назначенного времени. Наученные человеконенавистником–сатаной пытались они убить Единого Человеколюбца, полного благодати и истины (Ин. 1, 14), снисшедшего на землю, чтобы возвратить людей к логике небесной и тем самым сделать их сынами Божиими».
Противостояние Христа и сатаны простирается, по словам святителя Николая, «с Христова рождения, когда Ирод хотел убить Его, и вплоть до Его смерти на кресте». Оно продолжается и по сей день, как не прекращалось на протяжении всей долгой истории Христианства и Церкви Христовой. Свою ненависть к Спасителю мiра заклятый враг рода человеческого и его присные перенесли на всех последователей Единого Человеколюбца здесь, на земле. «Исторически христианство было и остается религией прежде всего европейской расы», — подчеркивает святой Владыка. И напоминает об огромной ответственности, лежащей на православных славянах как одном из последних оплотов европейского духа. На рубеже третьего тысячелетия христианской эры Православная Сербия явила всему мiру пример удивительной стойкости, силы и мужества, ратуя во имя Христово против тех сатанинских сил, что уже не одно столетие справляли диавольский пир практически по всему древнейшему континенту. Святитель называл Европу любимой дочерью Христа. А сербский народ на закате XX столетия, несмотря на все перипетии истории и болезненные гримасы ущербного времени, оставался верен своему христианскому выбору. Под знаком «Честного Креста и золотой свободы», как лаконично сообщает о том сербская православная традиция, сражался он со своими и Христовыми кровниками. Православные люди видят и понимают истинный смысл сербского бытия и на заре XXI века христианской эры. Сие ясное видение укрепляет нас и в наших собственных скорбях и бедах, как мудро вещает об этом боговдохновенный сербский Владыка, истинный «апостол Европы и славянства»: «Иисус зрел весь период истории человечества как время, наполненное злом, ложью, ненавистью, войнами и мятежами, отпадением от Бога, истязанием христиан и, наконец, восстанием всей вселенной: помрачением солнца и луны и ниспадением звезд. Этим опровергается вульгарная философская теория о неуклонном прогрессе в истории мiра… Это — умопостроения и догадки, а то — Христово видение действительности, какой она будет… По истинному, Христову мiропониманию история движется путем трагическим и окончится катаклизмом, то есть мнимым торжеством сатаны, которое быстро сменится блеском и сиянием Христовой победы… Христова жизнь на земле — прообраз бытия христианского мiра… И Церковь Его перед светопреставлением будет поругана, и оплевана, и измучена, и предана… Новые иуды станут предавать и продавать ее безбожникам… Но когда сатана возомнит себя победителем, а злобный и христоборческий мiр возликует, как иудеи под крестом Христовым, — тогда вдруг исполнится и то, второе пророчество. Силы небесные поколеблются; тогда явится знамение Сына Человеческого на небе; и тогда восплачутся (грешники — от страха, а праведники — от радости) все племена земные и увидят Сына Человеческого, грядущего на облаках небесных с силою и славою великою (Мф. 24, 29–30). Все, имевшее место на малом клочке земли в Иерусалиме, произойдет в последние времена на широте всего мiра».
Православный серб и доныне живет так, как если бы жил в последние времена, в последний день и час мiра сего. Мечом молитвы препоясаны его святые, но и сам разящий меч в руке его, по глаголу святителя Иоанна Златоуста, становится пламенной молитвой Господу. Небесный заступник своего земного отечества, святитель Николай ободряет ныне род сербский ангельским благовествованием: «Мир тебе, страдальче Христов, мужайся и крепись!» Сии утешительные глаголы, возвещающие скорую и необоримую помощь Божию, в равной степени могут быть обращены к каждому православному христианину, твердо стоящему в правде Господней.
