Пытаясь дальше проникнуть в дух канонов преподобного Космы Маиумского, нельзя пройти мимо тех образов ПРИРОДЫ БОЖИЕЙ, которые святой песнописец привлекает к отдельным изображениям тайны нашего исповедания.

Яко на руно во чрево Девы сшел ecи дождь, Христе, и яко капли на землю каплющия{21}, — говорит преподобный Косма в каноне на Рождество Христово.Огнем Божества невещественным, в плоть вещественну одеявся, Иорданскою облагается водою{22}, — свидетельствует о Христе Преподобный песнописец в каноне на Крещение Господне.

Из Службы этого же праздника нам известна стихира на литии, относимая к имени Космы монаха, в которой мы узнаем тот же образ, данный с еще большею силою.Одеваяйся светом яко ризою, нас ради по нам быти сподобился есть, — восклицает Преподобный, —во струи одевается днесь Иорданским, не Сам сих ко очищению требуя; но нам Собою устрояяй порождение{23}. Здесь наряду с великим таинством нашей веры дается и очень сильный, запоминающийся зрительный образ: Тот, Который одевается во свет, как в ризу, ради нас, нашего рождения в новую жизнь, одевается во струи Иорданские, Сам не требуя очищения этими струями…

Даже пение одного этого гимна дает возможность воспринять весь праздник Богоявления во всей его силе и спасительности, потому что, как и заканчивается приведенная стихира,О чудесе! Без огня изваряет и назидает без сокрушения, и спасает в Него просвещаемыя, Христос Бог и Спас душ наших. Мы рождены и готовы к будущему блаженству, мы спасены без сокрушения и применения огня…

Преподобный Косма любит образ воды и тихих капель, чтобы проникнуть в таинство изображаемого образа. Подобно тому как в каноне на Рождество Христово упоминалиськапли, на землю каплющия, и канон на Сретение Господне Преподобный начинает зримым образом облаков, источающих воду.Да каплют воду облацы, — пишет он в первом тропаре 1–й песни этого канона, —солнце бо на облаце легце носимо настало есть, на нетленную руку, Христос в Церкви, яко Младенец{24}.

Младенчеству Христа в этом каноне Преподобный посвящает многие свои строки, особенно подробно излагая его в тропарях 3–й песни.

А образы природы опять овладевают творчеством преподобного Космы, и в этом напевном и умилительном каноне Сретения Господня снова встречаются параллели с явлениями видимого мира.

Разумом простертая небеса, веселитеся, и радуйся, земле, — восклицает песнописец. Почему же приводится это воззвание к природе преподобным Космою? — Потому, чтоиз Пребожественных бо недр хитрец прошед Христос, Материю Девою Богу Отцу приносится Младенец, Иже прежде всех{25}.

Образ света берется преподобным Космою и в каноне на Преображение Господне:Глаголы животным другом Христос, и о Божественнем наказуя Царствии, рече: во Мне Отца познайте, светом яко облистая неприступным{26}.

Образ света будет углубляться далее:Силою язык облечетеся, друзи ученицы, чудни же будете в богатстве их, яко славы наполнитеся, яко явлюся светлее солнца, облистая в радости поющих{27}. Еще дальше тот же образ относится уже к ученикам Христовым:Светоносныя же наполнишася Божественныя зари, в радости пояху{28}.

И так почти каждый тропарь этого канона (и даже отдельные ирмосы) содержит этот прообраз света, в котором печатлеется незримый образ осияния людей силою Христовою.

Тя Присносущное Сияние, во Отечестей славе, ученицы яко видевше возсиявша, Христе, Тебе вопияху: во свете Твоем пути наша направи{29}.

Наконец, в своем одном из наиболее замечательных канонов — на Неделю ваий — преподобный песнописец приводит многократно различные образы природы Божией, чтобы найти должное выражение восторга своей верующей души перед Грядущим на осляти.

Это и источники бездны в ирмосе 1–й песни канона, это и горы, уподобляемые жестокосердию язычников, это и все холмы и деревья в последующих песнях, это небо и земля, измеренная дланию, это, наконец, вайя и ветви в руках детей еврейских. И все сие — со сладкопением.

Явишася источницы бездны, влаги непричастны, и открышася моря волнующася основания бурею{30}, — слышим мы слова ирмоса, начинающего праздничный канон Входа Господня в Иерусалим.О Тебе же Израиль… радуется, и горы, языцы противообразнии каменосердечнии, от Лица Твоего возвеселишася{31}.

Дальше в каноне с нарастанием внутреннего торжества и пафоса нарастает и сила образов.Да точат веселие крепкое мастительное горы, — восклицает преподобный творец канона в 4–й песни, —и вcи холми, и древа дубравная да взыграют: Христа хвалите, языцы, и Тому, ecu людие, радующеся возопийте: слава силе Твоей, Господи{32}.

В ирмосе 8–й песни восторг души, сретающей Господа, достигает своей вершины.Веселися, Иерусалиме, — слышим мы отчетливо в радостных звуках хора, —торжествуйте, любящии Сиона: царствуяй бо во веки Господь сил прииде. Да благоговеет вся земля от Лица Его и да вопиет: благословите, вся дела Господня, Господа{33}.

Преподобный Косма нашел в своем сердце такие слова, до которых не могли дойти самые тонкие поэты:да благоговеет вся земля от Лица Его. Можно безмерно и очень глубоко утешаться предложенным нам образом и этим же образом войти внутрь и обрести мир с самим собою и со всеми окружающими тебя, потому что вся земля благоговеет от зрения Лица Божия.

В этот праздник соединяются земля и небо, весь охват их, потому что пришел Господь,пядию измеривый небо, дланию же землю{34}, иначе — всю Вселенную.

И, наконец, упоминание ваий и ветвей. В 9–й песни канона об этом поется в ирмосе:Бог Господь и явися нам. Составите праздник, и веселящеся приидите возвеличим Христа, с ваиами и ветвьми, песньми зовуще: благословен Грядый во имя Господа Спаса нашего{35}.

Образ гор и бездны, огня и света будет пронизывать и другие произведения песнописца, но именно упомянутые формы космоса наиболее полно объемлют со всех сторон речения канона Преподобного на Неделю ваий.