– Я хотела бы спросить вот о чем. Вы принимаете многих людей в своей келлии, и я убедилась в этом. Достойно удивления, что эти люди не имеют никакого отношения друг с другом. И верующие и не верующие. И христиане и не христиане. И мужчины, и женщины. И маленькие дети, и взрослые ребята. Характерно, ибо я сижу и часто наблюдаю, что Геронтисса буквально истощает саму себя, совершенно забывает саму себя, и преобразуется, так сказать, -как и сама говорит становится другим, и его слушает. Этоистощаниекак происходит? Пребываете ли вы в постоянной молитве в то время? Как вам удается сблизиться с другим человеком, со всеми его проблемами, со всей его скорбью, со всей его болью? Безразлично с Богом ли он, или далек от Бога. Такую полноту любви, без условий, как вы можете осуществить в ежедневной практике, для стольких людей?

– Это не сознательно, это не программа – положить любовь в практику. Это не осязаемая вещь. Этого нельзя охватить. Это Дух Божий, Который сотворил тебя для любви. Твое предназначениелюбить .Сейчас... Малыш? Ты его будешь любить. Он не виноват, что он родился там, где родился... Буду ли я творить суд? Нет... Итак, в ту минуту, если не думаешь о себе, но думаешь о безграничной любви Божией к этому человеку, ты робко-робко любишь его, как можешь, тогда как Он – безгранично! В этом разница! Никогда не думаю, что я его буду любить. Кто я? Он! Все время! Это – да.