– Расскажите нам, Геронтисса, как вы узнали в то время Святого Германии, нынешнего митрополита Кисамского и Селинского?

– Преосвященнейший Ириней был тогда на Крите. Был 1970 год. Поехали мы с госпожой Л.Т., которая сейчас на Небе, с ним знакомиться. Эта госпожа была связана с его делами, мы ездили в его интернаты и везде. Однажды она говорит: «Пойдем, познакомишься с ним». «Пойдем». После того как мы познакомились, знаете, исключительная личность, он спросил меня о разном и сказал остаться на несколько дней, поговорить с девочками приюта. Потом я уехала в Америку. И, где была, спрашивала, есть ли союз критян. В каждом приходе был. Там они собирались, я говорила им о его деле, и затем они посылали ему различные посылки, говоря, что была проездом одна сестра и т.д... Вернувшись в Грецию, он опять меня приглашает. И я еду. И однажды он говорит: «Геронтисса, я вам скажу что-то. Я уезжаю в Германию». Знаете, он нисколько не хотел. Но тогда была диктатура.

– В то время диктатура, желая удалить его, поскольку он имел большое влияние на народ, особенно в Ханьях*********************************, и старался проводить свою линию, послала его в Германию.

Да. Потому что он делал много дел... Делал и критские пароходы – AHEK, после того ужасного кораблекрушения... Владыка был «опасный». Его нужно было удалить...

Итак, он говорит мне: «Поедете со мной?» – «Поеду». «Но я еду наследующей неделе... » – «С удовольствием». На следующей неделе мы оказались в самолете и прибыли в Бонн. С разными репортерами и др. И затем состоялась большая интронизация. Я оставалась с ним шесть месяцев...

Вы устраивали учреждения?

Нет. Знаете, что там было? Я жила в митрополии, и когда приходили греки по различным делам и хотели видеть Владыку, я была для их приема. Потом он посылал меня в больницы, где были больные и т.д.