Длительная борьба с сексуальными проблемами, которую я описал, может стать очень удручающей для любого доброго христианина — и безбрачного, и семейного. Но никто не обещал, что идти за Христом всегда будет приятно. Есть, однако, в борьбе и радостная сторона — осознание, что, пытаясь преодолеть проблему, ты делаешь Божье дело.

Иисус призывал учеников пребывать в слове Его и познать истину, которая сделает их свободными. Поддаться сексуальному искушению значит выйти из числа Его учеников, если не стать предателем. Любое из них приводит человека к отрицанию истины. Все они — погружение в иллюзии, выдуманная ложь самому себе о жизни и о любви. В конечном счете все это ложные боги. Христианин, пытающийся побороть их, пусть даже без видимого успеха, идет путем ученика Христова. Евангелие ясно показывает, что и апостолы не всегда были примерными учениками.

Возможно, Вы скажете: «Да, я пытался, но я устал терпеть поражения». Может быть, Вы думалм, что будет легче, чем есть на самом деле. Вы могли недооценить силу подсознания, детских травм и твоего непреодоленного нарциссизма. Может быть, Вы никогда не думали об особых трудностях воздержания и отказа от сексуального выражения близости — одного из радостей брака.

Блаженный Августин, который пришел от распутной жизни к верности одной женщине, а потом к целомудренному безбрачию, может поведать Вам кое-что о трудности этой борьбы и о силе благодати и Слова Божьего. Очень советую Вам поразмышлять над следующим отрывком.

«Глубокое размышление извлекло из тайных пропастей и собрало перед очами сердца моего всю нищету мою. И страшная буря во мне разразилась ливнем слез. Чтобы целиком излиться и выговориться, я встал — одиночество, по-моему, подходило больше, чтобы предаться такому плачу, — и отошел подальше от Алипия; даже его присутствие было мне в тягость. В таком состоянии был я тогда, и он это понял. Кажется, я ему что-то сказал, в голосе моем уже слышались слезы, я встал, а он в полном оцепенении остался там, где мы сидели. Не помню, как упал я под какой-то смоковницей и дал волю слезам; они потоками лились из глаз моих — угодная жертва Тебе. Не этими словами говорил я Тебе, но такова была мысль моя: «Господи, доколе? Доколе, Господи, гнев Твой? Не поминай старых грехов наших!» Я чувствовал, что в плену у них, и жаловался и вопил: «Опять и опять: “Завтра, завтра!” Почему не сейчас? Почему этот час не покончит с мерзостью моей?» Так говорил я и плакал в горьком сердечном сокрушении. И вот слышу я голос из соседнего дома, не знаю, будто мальчика или девочки, часто повторяющий нараспев: «Возьми, читай! Возьми, читай!» Я изменился в лице и стал напряженно думать, не напевают ли обычно дети в какой-то игре нечто подобное? Нигде не доводилось мне этого слышать. Подавив рыдания, я встал, истолковывая эти слова, как Божественное веление открыть книгу и прочесть первую главу, которая мне попадется. Я слышал об Антонии, что его вразумили евангельские стихи, на которые он случайно наткнулся:Пойди, продай все имение твое, раздай нищим; и будешь иметь сокровище на небесах; и приходи и следуй за Мной(Мф. 19, 21), — эти слова сразу же обратили его к Тебе. Взволнованный, вернулся я на то место, где сидел Алипий; я оставил там, уходя, апостольские Послания. Я схватил их, открыл их и в молчании прочел главу, первую попавшуюся мне на глаза:Не предавайтесь ни пированиям и пьянству, ни сладострастию и распутству, ни ссорам и зависти; но облекитесь в Господа нашего Иисуса Христа, и попечения о плоти не превращайте в похоти(Рим. 13, 13-14). Я не захотел читать дальше, да и не нужно было: после этого текста сердце мое залили свет и покой, исчез мрак моих сомнений. Я отметил это место пальцем или каким-то другим знаком, закрыл книгу и со спокойным лицом объяснил все Алипию. Он же объяснил мне, что происходит с ним, о чем я и не догадывался. Он пожелал увидеть, чтоя прочел; я показал, а он продолжил чтение. Я не знал следующего стиха, а следовало вот что:Немощного в вере принимайте(Рим. 14, 1). Алипий отнес это к себе и открыл мне это. Укрепленный таким наставлением, он без всяких волнений и колебаний принял решение доброе, соответственное его нравам, которые уже с давнего времени были значительно лучше моих. Тут идем мы к матери, сообщаем ей — она в радости. Мы рассказываем, как все произошло — она ликует, торжествует и благословляет Тебя, Которыйдействующею в нас силою может сделать несравненно больше всего, чего мы просим, или о чем помышляем(Еф. 3, 20). Она видела, что ты даровал ей во мне больше, чем она имела обыкновение просить, стеная и обливаясь горькими слезами. Ты обратил меня к Себе: я не искал больше жены, ни на что не надеялся в этом мире. Я крепко стоял в той вере, пребывающим в которой Ты показал ей меня много лет назад:Ты обратил плач ее в радость(Пс. 29, 12) гораздо большую, чем та, которой она хотела; более ценную и чистую, чем та, которой она ждала от внуков, детей моих по плоти»[16].