Казалось бы, какую связь имеют детское творчество и детские игры с религиозным воспитанием детей? Однако такая связь существует. Она состоит в том, что христианское воспитание должно взращивать и воспитывать вложенные Богом в душу человека способности — творческие способности, таланты. Как велико значение для воспитания притчи Иисуса Христа о талантах! В ней рассказано, как хозяин, отправляясь в путешествие, выдал своим слугам разные суммы денег, «таланты», кому больше, кому меньше. (Талантами в древности назывались крупные денежные единицы — обычно слитки серебра.) Вернувшись, хозяин похвалил и наградил тех слуг, которые использовали эти деньги и заработали на них, и осудил слугу, который, боясь ответственности, закопал серебро в землю и ничего с ним не сделал.

Способность к любви, к сочувствию и пониманию других, к пониманию самого себя, своих способностей и своих ограничений, умение обращаться с предметами окружающей нас обстановки, умение думать и продумывать возникающие проблемы, создавать что–то, — все это является неотъемлемой частью детской игры, игры воображения и творчества, и все эти свойства — неотъемлемая часть нашей духовной жизни. А всякое христианское воспитание должно быть именно воспитанием умения жить, в самом полном смысле этого слова.

Чего только не воображают дети в своих играх! Они и папы и мамы, они и путешественники, и астронавты, и герои, и балерины, и доктора, и пожарные, и охотники. Они строят, мастерят, наряжаются, домашняя мебель превращается в автомобили, самолеты, космические корабли… Можно сказать, что мир детской игры и детской фантазии напоминает тот первобытный мир, о котором говорит Священное Писание и в котором Бог поручил человеку «обладать и владычествовать над ним».

В играх развивается душевная жизнь ребенка, укрепляется его личность, проявляются понемногу его таланты. Детская творческая игра — это проявление творческой душевной жизни, вложенной в человека Богом, и дети, лишенные такой игры, остаются как бы нищими в своем духовном развитии. Это не новая педагогическая теория. Хорошие воспитатели всегда так чувствовали и так думали. Помню, как моя мать рассказывала мне о своей любимой гувернантке, которая говорила: «Главная обязанность детей — это играть, уметь играть…»

В наше время многое мешает развитию детской творческой игры. Вредно действует на детскую игру телевидение. Ребенка гипнотизирует эффект экрана, перед которым он может сидеть часами, никак не принимая участия в действии, полностью отдаваясь тому, что он видит. Это похоже на действие наркотика. Телевидения из нашей жизни не выбросишь, да бывают порой и полезные, интересные, художественные программы. Но слишком соблазнительно взрослым посадить ребенка перед телевизором, — просто чтобы занять его, чтобы он не мешал, не вертелся под ногами… Делая это, мы отдаем ребенка во власть завораживающей силы, которую очень трудно будет потом ограничить. В американском обществе все больше и чаще говорят о вредном влиянии тех телевизионных передач, которые показывают насилие, преступления, половую распущенность и т. п. Надо признать, что всякое новое достижение цивилизации накладывает на нас новую ответственность, требует от нас умения использовать такое достижение, не делаясь его рабом.

Другое препятствие для развития творческой детской игры, особенно в условиях городской жизни в Советском Союзе, — это квартирная теснота, отсутствие места для игры. Как дать ребенку увлечься игрой, соорудить что–нибудь, когда нет места, когда у него не только нет своей комнаты, но и своего угла, когда главное — чтобы он не мешал другим?

Я помню, как мы, эмигрантская семья с четырьмя детьми, переехали их Франции в Америку, и нам пришлось провести восемь недель без собственного жилья. Неделю мы жили в портовой гостинице, ожидая отплытия корабля, которое откладывалось из–за забастовки. Следующую неделю мы провели на борту корабля, а потом шесть недель жили в общежитии для эмигрантов, пока муж и я искали работу и квартиру. И вот наконец мы устроились в чудесном старом доме, за городом, в котором потом и прожили тридцать пять лет. Четырехлетнему сыну моему досталась крошечная комнатушка рядом с нашей спальней. «Вот, Юрик, это будет твоя комната!» — радостно сообщила я ему. «Моя, совсем моя?» — переспросил он. — «Да, совсем твоя». — «И я могу в ней делать беспорядок?» У меня не хватило духу разочаровать его после восьми недель, в течение которых ему все время говорили не устраивать беспорядка: «Да, можешь». Он вошел в свою комнатушку, закрыл дверь на задвижку и… вывернул на пол все содержимое столика и комода, в которых я так заботливо разложила его вещи. Да, важно маленькому человеку иметь «свой» угол!

Не всегда есть возможность дать ребенку отдельную комнату, но, мне кажется, всегда можно отвести ему какой–то свой уголок, свою коробку для вещей, хозяином которой он будет себя чувствовать, и к этой его «собственности» надо относиться с уважением и бережно.

Мешает творческой, индивидуальной детской игре и загруженность школьными занятиями. Школа — коллектив, и в ней мало времени и места для индивидуального творчества. Начиная с яслей и детского сада, все внимание воспитателей направлено на то, чтобы сделать детей дисциплинированными членами коллектива, все игры и упражнения учат именно этому. А если мать работает, то маленькие дети проводят в таком учреждении весь день. Где же тут развиваться личному творчеству? Дети постарше заняты не только учебой, но и многочисленными внешкольными делами — и добровольными, и обязательными: спортом, кружками, дополнительными уроками и т. п. И растут наши ребята, особенно в городских условиях, в обществе, где нет места их маленькому мирку личной фантазии, творческой игры, индивидуального развития.

Что можем мы, родители, сделать, чтобы помочь детям в этой беде? Мне кажется, в любых условиях можно попытаться создать для ребенка какой–то собственный уголок и к этому уголку относиться бережно. С сочувствием и yважением нужно относиться и к фантастическим играм ребенка. Если ребенку нужен в данную минуту кухонный стул, потому что это отсек космического корабля, надо постараться признать это и разрешить им пользоваться. А с другой стороны, надо не портить игры, вмешиваясь в нее, расспрашивая, подшучивая или, не дай Бог, рассказывая другим взрослым, как «Петя играл…», что он сказал и что сделал.

Дети имеют право на свою частную жизнь игры, в которую взрослым лучше не вмешиваться.

Мы также можем способствовать творческой детской игре выбором игрушек, которые мы дарим детям. Очень часто дорогие механические игрушки в этом смысле самые — неудачные. Ребенку подарят заводного клоуна, который взрослым кажется таким забавным. Но как ребенок может с ним играть? Завести и смотреть, как клоун ходит? Чем больше ребенок может сделать сам с игрушкой, тем она лучше. Неважно, если ребенок не использует подаренные ему кубики, чтобы учить буквы. Он из этих кубиков построит дорогу, мост, дом, сделает стену. В течение многих лет самой моей любимой игрушкой была деревянная коробка, изображавшая внутренность избы, с большой русской печью, столом, лавками. Помню, как в какой–то момент я выкрасила ее в черный цвет и она была притоном разбойников. Сколько приключений было связано с этой избой: и спасение маленького индийского принца, и приключения четырех солдат, искавших своего погибшего командира… Если дарить куклу, то лучше дарить такую, которую можно раздевать, мыть, причесывать. Это гораздо интереснее, чем если кукла может сказать, когда потянешь за шнурок: «Ма–ма». Да, самая ответственная и самая трудная часть воспитания — это не тогда, когда мы стараемся вложить что–то свое в наших детей, научить их тому, что мы считаем важным, а когда мы бережно и с любовью и уважением стараемся способствовать росту «талантов», вложенных Богом в наших детей, стараемся узнать и распознать их и дать им место в нашей семейной жизни.