IV
Что именно здесь, около Аттиса, бродит и кипит, как нигде, новое вино религиозной всемирности, видно по другому, тоже офитскому, гимну:
Кто бы ты ни был, – Крона иль Дия блаженного,
Реи ли великой сын, – радуйся, Аттис таинственный!
Трижды желанным Адонисом тебя называют сирийцы,
Богом Озирисом – египтяне, эллинов мудрость —
Рогом небесного месяца, самофракийцы – великим Адамом,
Гемонийцы – святым Корибантом, а фригийцы – то Папою,
То богом Умершим, то Нерождающим,
То зеленеющим срезанным Колосом...
То юным свирельщиком Аттисом.
Здесь, в таинственном «богосмешении», всеми цветами радуги переливается, как луч солнца в капле росы, белый луч мертвого скопчества или бессмертной любви, – это смотря по тому, кто откуда судит.
