Господи, ну что же это?

Купила я книжку — видимо, хорошую; правда, то, что в ней сказано, уложилось в одно эссе Честертона и одну главу Льюиса, но написана она для тех, кто в жизни своей не слышал простых христианских истин. Об этом можно было бы поговорить, но я — не буду; мало того, я не скажу, что это за книжка. Цель этой заметки — простая: чтобы те, кто ее издал (есть переводчик, а есть и редактор), больше так не делали.

Много переписала я нынешних переводов, и многое в них бывало — канцелярит, феня, «король Саул из Тарса», но такое даже мне не попадалось. Канцелярит — предельный, «является» — все время, пассивы, цепочки родительных падежей, наборы отглагольных существительных. Хорошо (то есть плохо), «все так пишут». Но если есть редактор, почему не узнать, что Беллок — не женщина («… переведенную… Хилори Беллок…» и дальше «перевода, сделанного (…) Беллок»), а кстати и не Хилори, даже не Хилари; что «Иоанн из Кросса» — Хуан де ла Крус или Иоанн Креста; и еще много чего, в том числе — что в 1 послании к Коринфянам все‑таки не написано: «Любовь долго страдает и это благо; любовь не есть зависть; любовь не кичится собой, она не самодовольна… Любовь не ищет жизни для себя, ее не легко добиться, она не боится зла… переносит все, верит во все, надеется на все и терпелива ко всему. Любовь не бывает неудачной, но будучи направлена, она не сбивается с пути, будучи на языке она проходит, будучи в мыслях она исчезает»

Недавно Борис Владимирович Дубин писал в 1 номере журнала «НЗ» о том, что так, вот так, переводят философские, религиозные, трудные книжки. Ну, переводили бы чтиво для лотков — жаль, но все же меньше! Зачем браться за сложные и тонкие тексты? Я не понимаю.