Потом, когда они припоминали

Тот поцелуй чрез много-много дней,

Исполненный таинственной печали,

Он был для них чем дальше, тем милей, —

Им чудился и аромат полей,

И крыши дач Боржома дорогого,

И шум веселый ливня золотого.