Боготворить (кого-нибудь) означает, – будем говорить на основании самого состава слова, – когда кто-либо считает за Бога то, что не есть Бог, и служит ему (как Богу), сообразно сказанному апостолом: «и измениша славу нетленного Бога в подобие образа тленна человека и птиц и четвероног и гад» (Рим.1:23). Что касается первого рода существ (людей), – ибо надлежит объяснить четверицу, – (они славу нетленного Бога изменили в образ, подобный) Кроносу и Зевсу, Гере и Афродите и им подобным того и другого пола, – (по количеству) весьма многим, насколько только возможно; во втором же (роде они почитали Бога в подобии) орла, грифа[1]или какого-либо другого из различных видов того же самого рода; что же касается третьего (рода), то (они почитали Бога в подобии) тельца, козла, или какого-либо другого из различных родов того же самого вида; в отношении четвертого (рода они почитали Бога в подобии) змеи, ящерицы или какого-либо другого (существа) из различных видов того же самого рода. Эллины, варвары, скифы, обоготворивши их изображения, «послужиша, – как говорит (апостол), – твари паче творца»(Рим.1:25), создали многих богов и богинь различного рода и в то же время состязающихся друг с другом, – из коих ничто и не было, и не есть, и не будет Богом. И они порицаются не за то, что вообще сделали изображение чего-либо из существующего, так как и Моисей, – чтобы не говорить о других, – изображает и змия, и херувима и, когда намеревался устроить всю скинию, видел её изображение в откровении, (полученном) от Бога, ибо говорит (Бог): «виждь, да сотвориши по образу показанному тебе на горе» (Исх.25:40). Но (они порицаются за то), что считали Богом то самое, что было изображено, и покланялись (ему, как Богу), создавши безчисленную цепь многобожия, по неведению действительно сущего, одного только Бога, нетленного и невидимого. Им (говорит) священный апостол: «род убо суще Божий, не должни есмы непщевати подобно быти Божество злату, или сребру, или каменю художне начертану, и смышлению человечу» (Деян.17:29). Это и бывает, когда те, о которых ранее сказано, обоготворяют изображения. Тех же, у которых«един Бог Отец, из негоже вся, и един Господь Иисус Христос, имже вся» (1Кор.8:6), и один Дух Святый, в Котором все, – (у них) воздвигать изображение телесного вида Христа не означает, о мужи, измышлять богов – прочь (такое заблуждение!), – но (означает) исповедовать Его явившимся в образе, подобном нашему, как написано: «иже, во образе Божии сый, не восхищением непщева быти равен Богу: но себе умалил, зрак раба приим, в подобии человечестем быв, и образом обретеся якоже человек: смирил себе, послушлив быв даже до смерти, смерти же крестной»(Флп.2:6–8). Его изображение – не в подобии человека тленного, что порицается у апостола; но – в подобии человека, как Он Сам ранее сказал, не тленного, но (именно) нетленного. Ибо, как говорит великий Петр, «не оставися душа Его во аде, ни плоть Его виде истления» (Деян.2:31), потому что Христос – не простой человек, но сделавшийся человеком Бог, описуемый по телесному виду, так как он был в подобии человека, но остающийся неописуемым по Божественной сущности, так как, вместе с Отцем и Духом (Святым), Он не подобен всем.

Затем, каким образом Христос окажется на самом Деле Словом Домостроительства, если Он, в отличие от Отца и Духа (Святаго), сверх сыновного свойства, не может быть изображаем по телесному виду? Поэтому, (совсем) не означает, что обоготворяют иконы те, которые начертывают изображение Христа и покланяются (ему), – прочь, любезный, (такое безумие)! Ибо мы не говорим, что имеем Бога созданного, но (говорим, что имеем) Бога воплотившагося, и – не два Бога, но один в трех лицах. И действительно, покланяясь изображению, мы не думаем нечестиво, что покланяемся веществу, на котором напечатлено (это изображение), но (думаем, что покланяемся) самому тому (образу), который, хотя напечатлен на нем (т. е. на веществе) на подобие печати, – по природе, однако, находится во Христе. Ибо образы первообразов, напечатленные на обработанном искусством веществе, не участвуют в природе (первообразов), но показывают, как бы в зеркале, только сходство с (теми предметами), по отношению к которым они являются отпечатками. Ибо, в противном случае, в изображении креста, представляемом на всяком веществе, мы оказались бы покланяющимися всякому веществу. Но – прочь неразумие! Одна в обоих сила, слава и поклонение, как провозглашает Василий Великий, так как сходство изображения и первообраза не есть (сходство) двух лиц, но одного лица. Кроме различья сущности, первообраз и изображение – одно и то же, (как) говорит мудрейший Дионисий. Также и по отношению к Богородице. Ибо, изображая (Ее) и покланяясь Ея иконе, мы не признаем поязычески (ἑλληνκῶς), что имеем и почитаем богиню, но – Богородицу. Точно также и по отношению к святым: мы почитаем и покланяемся не многим богам и богиням, но единому Богу и слугам единого Бога, ради Которого честь ко всем приходит и к Которому (снова) возвращается. Разве ты не думаешь, что божественное миро принято во образ Христа? Что божественный престол (принимается) за животворящий гроб? Что (положенное) на нем покрывало (принимается) за ту (плащаницу), обвитый которою (Христос) был погребен? Что священное копие (принимается) за то копье, которым были прободены ребра (Его) Божественного тела? Что губка (принимается) за ту губку, из которой Он был напоен желчью? Что образ креста (принимается) за животворящее древо? Уничтожь все это, а также и другое, что бы то ни было, если оно представляет образ или подобие божественного, так как ты говоришь, что покланяться и (даже) устроять изображение во образ и в честь Христа означает, что те, которые устрояют (его) и покланяются (ему), созидают богов. В действительности же, пустословящие так (совершают) нечестивое дело наравне с эллинами. Ибо те до воплощения полагали, что Бог может быть изображаем, хотя Он неописуем, эти же после воплощения упорно настаивают, что Он не может быть изображаем, хотя Он – по телу описуем.