В настоящий том собрания сочинений Г. П. Федотова вошли произведения, написанные им до 1925 года, т. е. в доэмигрантский период творчества. Основная направленность научных интересов историка в этот период — медиевистика. Он входил в группу наиболее талантливых и перспективных молодых ученых–историков, учеников И. Μ. Гревса, к которой принадлежали также такие известные фигуры, как А. А. Тентель, впоследствии ректор Рижского университета, историк и философ Л. П. Карсавин, Н. А. Оттокар (стал профессором во Флоренции), А. П. Смирнов, историк–урбанист, исследователь Петербурга, Η. П. Анциферов, искусствовед и культуролог В. В. Вейдле, также ушедший в эмиграцию, О. А. Добиаш–Рождественская, специалист по латинской палеографии, С. И. Штейн (Федотов посвятил ему некролог), С. С. Безобразов (епископ Кассиан Катане кий), ставший впоследствии одним из преподавателей Православного Богословского института при Сергиевском подворье в Париже, и многие другие. Представленные в настоящем издании произведения Г. П. Федотова не оставляют сомнения в том, что перед нами исторические исследования далеко не ординарного порядка. Об этом свидетельствует и отзыв учителя Г. П. Федотова — И. Μ. Гревса, публикуемый в приложении. Эти ранние медиевистические штудии историка можно рассматривать как своеобразные пролегомены к философско–историческим, культурологическим и церковно–историческим работам Г. П. Федотова более позднего, эмигрантского периода. С них начинается путь мыслителя от истории к историософии, от агиографических исследований средневекового Запада к святым Древней Руси, от изучения духовности меровингской эпохи к осмыслению своеобразия русского религиозного сознания.

Вместе с тем исследования Федотова по медиевистике имеют непреходящее самостоятельное значение. Они подтверждают еще раз высокий уровень предреволюционной отечественной исторической науки. Продолжая ее традиции, заложенные H. Μ. Карамзиным, С. Μ. Соловьевым, В. О. Ключевским, С. Ф. Платоновым, Н. И. Кареевым, И. Μ. Гревсом, молодое поколение историков, к которому принадлежал Федотов, в начале XX века не только усваивало методологические новации европейской историографии, но и в чем–то упреждало их. Многие идеи, например Л. П. Карсавина, уже в 1910–е годы развивались в русле поисков «школы «Анналов»», основанной Μ. Блоком и Л. Февром в 20–х годах нашего столетия647. (Любопытно, что даже издававшийся Академией наук одноименный научный журнал в России появился раньше, чем во Франции.).

В этом смысле медиевистические работы Федотова вполне показательны. Они не только отражают реальный уровень отечественной исторической науки того времени, но и сохраняют научную ценность в нашу эпоху, до недавнего времени почти утратившую интерес к духовному наследию европейского средневековья, историческое изучение которого, кроме того, требует серьезнейшей методологической, философской и филологической оснащенности.

Другой составляющей духовных поисков Г. П. Федотова этого периода стала разработка им христианско–социальной проблематики. Интеллигентская установка на причастность ко всему, что свершается в России, питаемая нравственным сознанием ответственности за судьбу страны, не могла оставить Федотова равнодушным к трагическим событиям Первой мировой войны и революции. Именно в контексте осмысления сущности войны и революционной катастрофы оформляется ключевая для его духовных и творческих устремлений тема — тема России. Работы, опубликованные в первый постреволюционный год в журнале «Свободные голоса», станут программными и для многих других тем — христианское обоснование социального идеала, христианство и национальность, судьба европейской культуры, — обсуждавшихся историком на страницах уже эмигрантских изданий. В этих первых набросках–эссе — истоки христианско–социальных и философско–исторических установок позднего Федотова, именно здесь вступившего на тернистый путь постижения «лица России».

При подготовке текстов работ историка, публикуемых в настоящем издании, максимально учитывались особенности оригинала. Орфография и пунктуация там, где это возможно, приближены к нормам современного русского языка. Имена и названия оставлены без изменений, так же как сокращенные Федотовым сноски и библиографические указания. Подстрочные примечания оригинала отмечены латинскими буквами. Примечания в конце текста пронумерованы арабскими цифрами. К работе «Абеляр» примечания составлены С. С. Бычковым, к другим работам — Μ. Г. Галахтиным.

Работы Федотова по медиевистике никогда ранее не переиздавались. Поэтому в качестве оригинала, за исключением особо оговоренных в примечаниях случаях, брались первые прижизненные публикации статей историка. К сожалению, сверить эти опубликованные работы с архивными материалами не представлялось возможным.