Мы в прошлой лекции начали говорить про историю христианства в Средние века, и мы рассматриваем период примерно с V до XV века. В прошлой лекции мы говорили о вере книжников и вере народа. А в этой лекции мы получим возможность более тесно соприкоснуться с этой самой верой простых людей, верой простецов, народной верой, которая находила свое выражение, в частности, в виде культа святых.

Культ святых возник в христианстве достаточно рано, как минимум, со второй половины IV века, может быть раньше. Святые – это умершие христиане, которые способны после своей смерти чудесным образом помогать людям на земле. К культу святых так же можно отнести и почитание девы Марии, и архангела Михаила, поскольку это почитание имело примерно схожие черты. Если задуматься о причине возникновения культа святых, то можно сделать некоторые исторически обоснованные предположения.

При изменении религии в Европе, то есть при переходе от многобожия к единобожию, к христианству, взгляд людей на божество и потребность простого населения в божественной помощи остались прежними. От божества ждали сверхъестественной помощи в тех случаях, когда человек был сам бессилен. Это эпидемия, засуха, наводнение, опасное путешествие, из которого не знаешь, вернешься или нет, роды – неизвестно как они пройдут, успешно или неуспешно, война и так далее. И когда средневековый христианин – вчерашний язычник, многобожник – выполнял свои обязательства перед божеством, совершал обряды, паломничества, молитвы, какие-то обетные дары вкладывал в храм, он рассчитывал на ответное расположение со стороны божества, на помощь вот в этих самых сложных делах. И интересно, что в Средние века человек чаще всего обращался даже не напрямую к Богу, а обращался к святым или деве Марии.

Боккаччо в «Декамероне» предложил свое объяснение этого феномена. Он еще в XIV веке заметил, что человек не обращается напрямую к Богу, он обращается к заступникам. Он написал так: «К ним (к святым), как к заступникам, знающим по опыту нашу слабость, мы и обращаемся, моля их о наших нуждах, может быть, не осмеливаясь возносить молитвы к такому судии, как Он (то есть Бог)». Конечно, христиане в Средние века обращались с молитвами к Иисусу Христу тоже. В церквях были почитаемые изображения Иисуса Христа, были распятия. Были специальные места, где хранились орудия Страстей Господних – кусочки гвоздя, тернового венца, кусочки креста и так далее. В Книгах Часов – в Часословах тоже содержались молитвы к Иисусу Христу. Но, кажется, что наиболее часто средневековый христианин обращался со своими просьбами все же к святым заступникам и деве Марии, которые выступали адвокатами-ходатаями человека перед Высшим Богом.

Сравнивая в дальнейшем культ христианских святых и культ языческих божеств, дохристианских, мы замечаем такое сходство, как местный характер. Мы говорили о том, что в языческие времена местное божество имело какую-то территорию, на которой оно могло воздействовать на события, на людей, и именно с этой территории люди приходили к нему поклоняться. В принципе, примерно та же схема сохранилась и средневековом христианстве в Европе. Святые христианские были местными. Тело святого, или голова святого, или чудотворная статуя девы Марии находились в одном определенном месте. И если почиталась дева Мария, то обычно уточнялось, а какая именно дева Мария? Это дева Мария, которая в Шартре? Или которая в Уолсингеме (Уошингеме)? Или которая Парижская? Или которая в Турне? Или дева Мария в Болонье? То есть это были разные девы Марии, к которым приходили люди со своими просьбами, но при этом, в конечном итоге, это была одна и та же дева Мария. Вот такое было совмещение, смешения местного характера божества и в тоже время его всеобъемлющего характера. Это уживалось в разуме, в сознании средневековых людей.

Как и святилища прежних божеств, святилища новых христианских святых очень часто располагались около священных природных мест – около родников, в горах. Для примера можно рассмотреть базилику Сантуарио в Оропа, это Пьемонт, северная Италия, где базилика встроена в скалу, где находилась пещера, в которой чудесным образом обнаружено скульптурное изображение девы Марии. Или в соборе Шартрской Божией Матери, девы Марии Шартрской, был древний родник, который почитался как целебный. Даже уже при последующих перестройках XV и даже XX веков этот родник сохранился в виде такого, уже архитектурно оформленного небольшого бассейна.

Местные жители полагали, что святой обязан защитить их от несчастий при условии, что они достаточно хорошо его почитают. И если святой, скажем так, не оправдывал ожидания, то мог совершаться так называемый ритуал унижения реликвии, условно называемый ритуал, когда гробницу святого, или мощевик святого снимали с алтаря, или с почитаемого места и перемещали подальше или клали на пол. В церкви на какое-то время прекращали воздавать ему почести, до того момента, пока он снова не начинал помогать жителям своего города.

Мощи христианского святого, как и мощи героев в Древней Греции были местной святыней, и нередко случалось, что города Европы похищали мощи святых из других мест. Ну, например, эта известнейшая история о похищении мощей Николая Мирликийского или история о похищении мощей святого апостола Марка венецианцами.

Языческая практика эксвото, обетных даров, которые вкладывались в храмы в благодарность за божественную помощь, за чудесные исцеления, перешла в христианский культ. У гробницы святого или у его реликвария христиане вешали таблички с описанием чудесного исцеления, драгоценности, фигурки излеченных частей тела – самых разных, от руки и головы, целой фигуры до внутренних органов с большой детализацией. В качестве примера рекомендую посмотреть картину Уго Хайме, это город Сарриа в Испании, изображена гробница святого Викентия, и мы четко видим расположенные как раз над гробницей эти самые эксвото – как правило, это фигурки излеченных частей тела. Вот мы четко видим здесь руку, ногу, голову или целую фигурку человека и еще какие-то, предположительно, внутренние части тела.

В дохристианские времена в храме совершались возлияния маслом, например, на алтарь, каждения благовониями, фимиамом. И эти формы во многом сохранились в христианстве. Масло сжигалось в лампадах, которые обязательно должны были гореть у гробницы святого. Появились восковые свечи, иногда в рост, по обету большие свечи ставили у гробницы святого. Ну, и каждение ладаном тоже стало неотъемлемой частью христианского богослужения. А вклады в языческие храмы в виде треножников, как мы с вами видели, каких-то топоров, вертелов, изменились. Стали вкладывать уже утварь церковную, для христианского богослужения – это потиры, другие многочисленные предметы церковного обихода. И, конечно, драгоценности тоже вкладывались.

На прошлой лекции мы говорили про обетные заказные мессы, которые в какой-то степени заменили языческие жертвоприношения. Если мы вернемся к вопросу о появлении культа святых, а мы говорили на прошлых лекциях, что в раннем христианстве была идея, вероятно, появившаяся еще в древней еврейской религии, о том, что Христос и апостолы обладали сверхъестественной силой, силой Святого Духа, которая помогала им врачевать людей, изгонять демонов и даже оживлять умерших людей. Было представление о том, что даже частица одежды апостола способна лечить человека. Вот эта история о том, как апостол Павел (или Петр, надо уточнить) проходил по улице, и своей тенью он исцелял больных, которые выстраивались у стен.

Святой Дух через рукоположение передавался дальше, следующим поколениям священнослужителей, и представление о Святом Духе, о какой-то чудотворной силе, было достаточно комплексным, то есть многоплановым. Например, считалось, что отдельные аскеты, наиболее выдающиеся подвижники тоже обладали этой силой. И считалось, что раннехристианские проповедники, которыми владел Святой Дух и говорил через их уста, тоже владели этой силой.

В конце IV века мы уже имеем конкретные свидетельства, например, житие святого Антония Египетского – это вторая половина IV века, очень популярное в Средние века – в этом житие считается естественным, что святой Антоний владел даром врачевания. Просто потому, что он святой человек и Господь слушал его просьбы.